Нет, не люди, подумала Сайлин. Женщины. Везде были одни только женщины, очень мало детей, да и те девочки.

— А где их мужчины? — прошептала Сайлин на ухо Джуре.

Ответа она не получила. Одна из стороживших их ултенок подтолкнула ее вперед, указывая на мешки в фургоне. Сейчас-то было видно, что и стражниками здесь служили женщины.

— Что вы сделали с нашими мужчинами? — спросила Джура.

— Они мертвы, — ответила ултенка на плохом ирлианском языке. — Нам не нужны здесь мужчины. Она снова подтолкнула Джуру и Сайлип.

Обе девушки сильно ослабли после многих дней, проведенных в фургоне, когда они получали всего несколько кусков хлеба в день, но им пришлось перетаскивать мешки из всех четырех фургонов. Пока они работали, рядом то и дело останавливались ултенки, глазея на чужестранок и переговариваясь на своем странном наречии.

— Я чувствую себя, словно скот, которого оценивают по силе, — заметила Сайлин. Ей не удалось ничего больше сказать, потому что одна из ултенок выхватила хлыст, поднеся его к самому лицу Сайлин.

Они затратили почти весь день на разгрузку, затем их отвели в пустой каменный сарай, в котором валялись два соломенных тюфяка. Здание окружали по крайней мере несколько десятков ултенок.

— Джура, — позвала Сайлин, — мы должны попытаться сбежать. Надо объяснить людям, что произошло, пока не началась война. Мы должны найти Яна и… Джура, ты меня слушаешь? Сейчас я не вижу, как можно отсюда выбраться, и я слишком устала, чтобы думать.

— Зачем ты собираешься искать Яна?

— Чтобы закончить то, что начал Руан, — ответила Сайлин удивленно, словно Джура должна была сама догадаться. — Мы обязаны найти способ, чтобы объединить наши народы. Хотя бы для того, чтобы убить этих подлых ултенов.

К ужасу Сайлин, Джура опять заплакала. Сайлин не знала, что делать. Слезы — это то, с чем так редко сталкиваешься в Ланконии. Подумав, Сайлин повернулась на другой бок, стараясь заснуть. Возможно, завтра ей удастся поговорить с Джурой и обсудить побег.

Джура также пыталась заснуть, но мешали слезы. Сейчас для нее ничего не значили ни Ланкония, ни Джералт или ултены. Все, о чем она думала, это о потере того единственного мужчины, которого любила.

— А я ведь даже не сказала ему, — шептала Джура сама себе. — О, Боже, если бы у меня была еще одна возможность. Я бы стала настоящей женой Руана.

Громкий хохот Джералта отозвался эхом во всех комнатах ултенского замка. Три красивые женщины, стоящие перед ним, улыбнулись, глядя на шахматную доску.

— Ты снова выиграл, хозяин, — промурлыкала одна из них. — Которую из нас ты выберешь сегодня ночью?

— Всех, — Джералт никак не мог успокоиться. — Или, может быть, возьму себе новых.

— Мы твои, только скажи, — вмешалась другая женщина.

Дворец ултенов являлся результатом многих веков «заимствований». Мрамор, из которого были сделаны стены, направлялся на строительство собора в Англии. Перерезав стражу, ултены отогнали повозки с камнем к себе в горы. Также они «одолжили» камнетесов, которых после завершения работы сбросили с горы. Ултены походили на муравьев. Они участвовали в каждой битве, и пока сражавшиеся оплакивали мертвых, растаскивали все, что можно унести, а потом отвозили украденное своему королю. В результате дворец оказался набит красивыми вещами.

Руан и сопровождавшие его мужчины устроились на низких кушетках, наблюдая, как молодые и красивые женщины бесшумно перемешаются по комнате, спеша выполнить любую прихоть мужчин.

Джералт откинулся на подушки, окруженный пятью девушками, которые обмахивали, массировали и кормили своего повелителя. На лице Джералта застыло выражение небесного блаженства.

Дайри сидел поодаль, беседуя с изумительной красавицей и явно наслаждаясь собой.

И только Руан, не обращая внимания на хлопочущих вокруг ултенок, угрюмо смотрел в окно.

Дайри, извинившись, подошел к своему королю.

— Все еще волнуешься за Джуру? Руан не повернул головы, продолжая разглядывать раскинувшийся внизу город.

— Они же поклялись, что оставили наших женщин на том самом месте, — Дайри говорил, словно человек, повторяющий прописную истину в сотый раз. — Ултены не любят крови. Они могут украсть что угодно, включая и короля Ланконии, но они не убийцы. Ну почему ты сомневаешься? Им же не требуются женщины, как ты можешь сам легко заметить. — Дайри улыбнулся. — Они хотят только мужчин. Мы дадим им то, что они желают, и продолжим свой путь. Впрочем, стоит взять несколько женщин с собой. Руан бросил на Дайри холодный взгляд.

— Они тебя соблазнили.

— А я и не протестовал. Руан снова отвернулся к окну.

— Я не доверяю этому Мареку, — сказал он, имея в виду человека, провозгласившего себя повелителем ултенов. — И мне не нравится быть пленником, даже сидя в золотой клетке.

— Ты собирался объединить народы. А самый лучший способ…

— Это спать с их женщинами, — хмуро закончил Руан. — Я всегда считал себя чем-то лучшим, чем просто быком-производителем.

Дайри, пожав плечами, вернулся к своей собеседнице.