– Мы не можем остаться.

Он сделал шаг вперед осторожно, так, будто подходил к испуганному животному.

– Здесь небезопасно.

По ее щекам потекли слезы ярости.

– Почему вы сделали это? Почему?

Она принялась молотить его кулаками. И Грей притянул ее к себе, как боксер, входящий в клинч, обхватил ее руками. Это было рефлекторное движение, он просто не знал, что еще сделать.

– Не говорите так, – повторяла она снова и снова, извиваясь в его объятиях. – Не говорите так.

И тут дыхание будто оставило ее, и она повисла на нем.

Они стояли так не одну минуту, неловко обнявшись. Как давно Грей не прикасался к другому человеку? Он и вспомнить не мог. Грей чувствовал ребенка между ними, в ее животе, настойчиво пытающегося привлечь внимание. Ребенок, подумал он. У этой бедной женщины будет ребенок.

Наконец Грей разжал руки и сделал шаг назад. Навязчивой женщины, говорящей отрывисто и снисходительно, той, которую он встретил в «Хоум Депо», больше не было. Вместо нее перед ним стояло хрупкое ранимое создание, едва не ребенок.

– Могу я тебя кое о чем попросить, Лоуренс? – еле слышно спросила она.

Грей кивнул.

– Чем ты раньше занимался?

У него ушла секунда, чтобы понять, что речь идет о работе.

– Убирался, – сказал он, как на исповеди. – Я был уборщиком.

Лайла на мгновение задумалась, глядя на грязный пол.

– Ну, полагаю, в этом ты меня превзошел, – сказала она и вытерла слезы с глаз. – Если по правде, думаю, что я вообще была никем.

В комнате снова воцарилась тишина. Интересно, подумал Грей, что еще она скажет. Никогда в жизни он еще так ужасно не переживал за кого-либо.

– Я уже один раз потеряла ребенка, понимаешь, – сказала Лайла. – Девочку.

Грей ждал.

– В этом не было ничьей вины. Просто так иногда случается.

Как странно. Стоя здесь, в тишине, Грей чувствовал, будто он уже знает все это о ней. Если не в конкретных деталях, то в общем. Все будто разом сложилось, будто в одной из тех картин, которые выглядят бессмысленными вблизи, а потом отходишь назад и все видишь.

– Что ж, – наконец сказала Лайла и протяжно выдохнула. – Полагаю, лучше мне сказать все сразу. Я так понимаю, что ты предлагаешь уезжать завтра же, с утра пораньше. Если я тебя правильно поняла.

– Думаю, так будет лучше всего.

Лайла с тоской поглядела по сторонам.

– Очень плохо на самом деле. Я хотела закончить детскую.

Она снова посмотрела на него.

– Только одно условие. Ты не заставляешь меня думать об этом.

Грей кивнул.

– Мы просто… просто едем на природу. Это понятно?

– О’кей.

Грей ждал, что она скажет что-то еще, но не дождался. Она оставила эту тему так же быстро, как и затронула.

И тут совершенно внезапно ее настроение снова стало хорошим. Ее глаза резко расширились, она едва не смеялась.

– О боже мой, что за сцену я устроила! Поверить не могу!

Ее руки дернулись, касаясь лица и волос.

– Я, должно быть, ужасно выгляжу. Я ужасно выгляжу?

– Думаю, ты хорошо выглядишь, – выпалил Грей.

– Вот приехали, у меня гость дома, а я слезами заливаюсь. Брэда это всегда с ума сводит. Он всегда говорит, Лайла, ради бога, не надо все время столько эмоций выплескивать.

«Снова это имя», – подумал Грей.

– А кто такой Брэд?

Лайла недоуменно нахмурилась.

– Конечно же, мой муж.

– Я думал, твой муж Дэвид.

– Ну да. В смысле Дэвид.

– Но ты сказала…

– Я много чего говорю, Лоуренс. К этому тебе придется привыкнуть. Возможно, ты думаешь, что я просто безумная.

– Я вовсе так не думаю, – солгал Грей.

Она иронически улыбнулась.

– Мы оба знаем, что ты говоришь это только из вежливости. Но я это ценю.

Она снова огляделась и тяжело вздохнула.

– Тяжелый день был, не думаешь? Боюсь, у нас нет подходящей комнаты для гостей, но я тебе на диване постелю. Если не возражаешь, то посуду до утра оставлю и пожелаю тебе доброй ночи.

Грей понятия не имел, что и думать. Будто она на мгновение вышла из транса, а потом рухнула обратно. В дверях она обернулась и снова посмотрела на него.

– Ева, – сказала она.

Грей поглядел на нее.

– Моя дочь, которая умерла, – объяснила Лайла. – Ее звали Ева.

И она ушла. Грей слышал, как она медленно топает по коридору, а потом по лестнице. Убрал со стола тарелки. Хотелось бы их вымыть, чтобы утром она пришла на прибранную кухню, но тут ничего не поделаешь, просто придется сложить в мойку, к остальным.