— Вы владеете этим судном?

— На момент, когда я покидал борт челнока, двадцать минут как владел. Купил у торговца на Рынке. Кстати, я у него приобрёл два челнокам, малый и средний, малый в трюме среднего находился. А что вообще происходит?.. Подождите… Да ладно? Это они рванули?

— Да, взорвался ваш челнок, погибло около полторы тысяч человек, ещё около трёх пострадало.

— Если бы у меня был доступ к сети я бы скинул акты купли-продажи, а также запись видео того торговца.

— В этом нет необходимости, у вас при отключении сети скачали всю память сети.

— Всё? — слегка забеспокоился я.

А было отчего, запись как тот директор банка на коле сидел, там была, пусть в зашифрованном файле, но вскрыть пароли спецам «ИСБ», не проблема. А они вскроют. Попадос.

— Этого торговца уже ищут, и в принципе к вам действительно у нас нет претензий, ясно же что это была чистая подстава. Целью были именно вы, то-то тот вас так выпроваживал, прося освободить место стоянки обоих судов. Таймер тикал. Скажите, когда вы прошли в ангар к тому торговцу, тот уже продавал со скидкой?

— Нет, после меня толпа соседей и покупателей набежала, — припомнил я.

— Его целью были именно вы. Торговец этот уже сбежал, бросив имущество, продать он успел едва ли десять процентов, на момент взрыва его судно как раз начинало разгон для ухода в гипер, и он успел уйти в момент неразберихи. Погоня выслана, но сами понимаете…

— Республиканцы?

— Да, похоже им есть за что вам мстить. И чтобы снять остатки наших подозрений, предлагаю пройти мнемоскопирование.

— С этим сложности, я бы не хотел этого проходить. Есть причина.

— Тогда тем более вы должны пройти эту процедуру. Иначе потеряете многое. Свобода входит в это число.

— Можно мне подумать?

— Время есть, — кивнул майор.

Минут пять я прикидывал всё за и против, после чего скривился и попросил, чтобы мы остались с майором одни. Тот подумал, чему-то усмехнулся, и кивнув, приказав подчинённым покинуть кабинет, после чего велел мне:

— Говорите.

— Есть причины по которым я бы не хотел, чтобы кто-то узнал о содержании моей памяти…

— Если вы о том мудаке которого на кол посадили, то файл с записью уже вскрыт, и я его только что просмотрел.

— Вот же ж… — несколько минут я позволил себе выражать эмоции с помощью ненормативной лексики, майор, по-моему, наслаждался слушая меня. — Ладно, хрен с ней, раз уж знаете, то проводите эту процедуру. Больше мне скрывать нечего. А среднее судно я купил на законные трофеи. Они налогом не облагаются.

— Конечно, — согласился тот.

Меня отправили к спецам где сняли память, и уже через десять минут сняв все подозрения, я снова был чист как лист перед законом, отправили восвояси. А я и без денег остался, и без челноков. Ну в смысле я о потере с их уничтожением. Ладно хоть не всё потратить успел, на малый челнок хватало. Ругнувшись себе под нос, я направился на Рынок. На орбитальном терминале уже отключили тревогу, и блокирован был лишь один сектор, что пострадал от взрыва, там начались ремонтные работы, остальные работали в прежнем режиме. В этот раз я купил малый челнок пятого поколения, взял грузовой, хватило даже на приобретение кабинки санузла и материалов для установки, сам всё сделаю, ну и по мелочи закупившись, в основном именно для челнока, для судна денег не хватило, я проверил челнок на предмет взрывчатых вещей, понятно, что уже поздно на воду дуть, но больше для самоуспокоения, и полетел к «Девочке». На оставшиеся деньги я заказал доставку воды и залил баки до полного. Ну вот и всё, на счету семьсот кредитов, а до зарплаты ещё четыре дня. Ну вот как-то так. Да, я связался с бухгалтерий и велел половину зарплаты отправлять на погашение долга банку, остальными я сам буду пользоваться. Жаль на дело не пойдёшь, я сейчас явно под наблюдением буду. Хорошо ещё по поводу директора мне действительно ничего не предъявили, слово императора тут закон. Через годик другой можно попробовать, но чёрт, как же деньги нужны. А всё какой-то урод, затаившийся разведчик, а может и диверсант республиканцев, скрытый агент, которого не смогло выявить ИСБ. Те это тоже понимали. Послезавтра в очередной патруль уходить, а работы так много, вот ею и занялся. Сегодня хотя бы пару часов поработаю, а то полночь скоро близилась. Надеюсь этот патруль не пройдёт зря, а то вовремя прошлого я пустой прилетел, остова нормального так и не нашёл, тем более каждый раз патрули у нас проходят по новым маршрутам, на старом не сядешь, не поймаешь нас в ловушку. Разве что залетаем только в те системы где стации слежения, показания снимаем. Но отловить нас там невозможно, станции предупредят о засаде, так что работа хоть и интересная, не смотря на рутину, но всё же почти безопасная. Тот случай с рейдерами скорее исключение, чем правило. Просто не повезло.

На следующий день, я продолжил работы. Слетал на «Горбатого» забрал капсулу, расходники и обоих боевых дроидов. Установил капсулу в медбоксе, приписав к управляющему искину, а «Забияк» к военному искину. Нормально всё прошло. Ну и дальше до самой полуночи работал в доке и закончил-таки с установкой оборудования под потолок. Отключение гравитации и средний погрузчик помогли, всё сделали аккуратно, без повреждений и качественно. Теперь доком можно было пользоваться. Силовые щиты как на доке таки на лётном ангаре тоже были активны. Ну а на следующий день я уже находился на борту «Горбатого», ожидал приказа на вылет. У нас выход обычно часов в десять по внутрибортовому времени, но мы никуда так и не отправились. Пришёл запрет на покидание системы, причём это касалось всех, даже нас. Началось. Тут любой идиот поймёт, что всё. Наши двинули. Так ладно бы нам дали отбой, я вон на борт своей «Девочки» перебрался, работами занялся. Челнок-то у меня готов, я с ним закончил, он сейчас в трюме «Горбатого» стоял, но я бы в ещё доке поработал, по мелочи нам работы остались, так нет, объявили готовность номер один, а это значит ожидать приказа на немедленный вылет, место стоянки не покидать, борт судна также не покидать. В общем, сидеть и ждать, вдруг где понадобимся.

Я же поступил просто, взял и забрался в лечебную свою капсулу. А что, я же борт не покинул. У меня вон «Повар» не законченный. До четвёртого ранга я уже поднял его, и даже на десять процентов пятого, но стоит учить дальше. А хорошо всё же «ИСБ» сработали, кто именно виноват, пусть и косвенно, с терактом и гибелью разумных на орбитальном терминале, ничего наружу не вышло, дело засекретили. Тут у них ведь тоже вина была, агента республиканцев проворонили, да ещё упустили. Так что то, что я был замешан в этом деле так никто и не узнал, и это к счастью, надеюсь и в будущем никто не узнает. А в капсуле мне дали пролежать всего двое суток, когда срочный вызов от штаба нашего наёмного флотского соединения поднял меня. Флотские срочно вызвали, по определённым координатам нужно забрать повреждённый боевой корабль, и эвакуировать его в систему Тай. Так что ещё пребывая под воздействием лекарств, я занял своё место в кресле пилота и выведя «Горбатого» с места стоянки, удалившись для разгона, стал разгоняться чтобы уйти в прыжок. Со мной одного сопровождающего отправили на лёгком крейсере. Того самого склочного капитана, что меня развёл на рассвете моей карьеры флотского офицера.

Когда до окончания разгона осталось минуты три, моё сопровождение уже ушло в прыжок, вдруг пришёл вызов от военного диспетчера. Обычно мы с ними не контактируем, получаем сообщения через наш штаб, а тут был прямой вызов:

— Капитан Шейн вызывает лейтенанта Дона.

— Дон на связи. В чём дело? Я вот-вот уйду в прыжок.

— Прервите ненадолго разгон. Имеется запрос по вашему судну.

— А что с ним не так? Оно комплектно, припасы и запасы топлива имеются. Думаю, смогу отбуксировать.