– Эвери, это может показаться безумной идеей, но тиаматы откуда-то вышли. Может, если мы пойдем за ними, то вернемся в ад? – прошептал Дармструг.

– С ума сошел? С нами монашка. Они учуют ее вмиг, – но я понимала, что это не так.

Демоны не особо чуют божественную силу. Мне не хотелось говорить о своей связи с тиаматом. Это очень опасно для моей жизни. И так слишком многие умерли, чтобы скрыть мою тайну.

– У меня тени. Скрою нас.

– Не думаю, что это хорошая идея, – заупрямилась я.

У Дармструга, может, и не быть проблем с тиаматами, но у меня-то они есть. Ощущение, что мы между молотом и наковальней. Между тиаматами и людьми. Ангелы-то в небо вернутся. И какая сторона для нас безопасней – непонятно.

Мы сидели, не шевелясь, даже когда рядом промчалось несколько человек. Тиаматам уже было лень гоняться за бежавшими, и они просто ходили, разминая лапы. Один присел возле палатки, играясь с деревянным креплением. Двое просто развалились на земле. Грязные, перепачканные кровью, они резвились, перекидывая друг другу голову в шлеме.

Монашка зашевелилась. Взвизгнула и тут же вновь получила удар по затылку от Дарма. Тиаматы дернулись, принюхиваясь к воздуху.

– Твою мать, Эвери, с этой монашкой, – Дарм увеличивался в размерах, переходя в демонскую форму. Доспехи заблестели синеватым свечением, на гладком мужском лице с волевым подбородком и острыми скулами раскрылись в стороны небольшие острые шипы. Я дотронулась до шрама, выпуская доспехи. Сжала меч в руке.

Тени вылетели вперед нас на тиаматов, приближавшихся к нам. Но те лишь махнули лапами. Импы кружили рядом перед глазами демонов, дезориентируя их.

Дармструг подал знак, и мы вновь рванули в темноту. Но перед нами тут же приземлился тиамат. Он раскрыл пасть, полную острых зубов. Четыре щупальца дернулись в нашу сторону. Дарм ударил мечом по одному, я по-другому. Позади раздался рык.

Меня откинуло. Врезалась в дерево, больно ударившись головой. Если б не демонская сила, остался б от меня кровавый блин и мозги на ветках. Про сломанные кости уже молчу.

А так я поднялась, пошатываясь. Мир двоился, троился перед глазами. В нос ударил дым от горящей рядом палатки. Рука попала в костер. Острая боль пронзила тут же. Я перевернулась, встретившись взглядом с шестиглазым мертвым мужчиной.

– Назад! – раздался громкий голос. Пронзительный, мощный. Настолько волевой, что даже мне захотелось тотчас подчиниться.

Когда я восстановила способность видеть один предмет вместо трех, огляделась.

Двое тиаматов зажали Дармструга, придавив к земле. Их когти вошли в металл. Вот-вот проткнут насквозь. Монашка валялась рядом, но до нее никому не было дела. Возможно, она уже мертва.

Позади меня клацнули зубы. Меня съедят или надкусают?

Из тени вышел мужчина. Высокий, широкоплечий. Смоляные волосы падали на плечи. Брони на нем не было. Лишь кожаная куртка, черные штаны и плащ. Тонкие губы расплылись в улыбке, что выглядело дьявольски сумасшедше вкупе с глазами, горящими красным светом. Свет от костра подчеркивал его силуэт. Так опасно и притягательно. Казалось, что сам бог огня вышел нам навстречу. Король черной ночи. Тот, кто живет в глубине ада, управляя тьмой. И вдобавок тиаматами. Чудесно. Наши шансы выжить стремительно несутся к нулю.

Что же ожидать от него?

Его взгляд скользил по мне. Чуть задержался на обгоревшей руке, которую я тут же спрятала за спину. Почему-то не хотелось, чтобы он видел ее. Изуродованную. Я теперь выгляжу идеально, без изъянов, а рука заживет. Конечность покалывало. Демонская сила позволяла регенерировать очень быстро.

Наши взгляды встретились. Он смотрел пронзительно, словно хотел расковырять душу, пролезть в нее. Улыбка не спадала с губ, а стала еще шире. Он был доволен. Мое суккубское влияние и на него действует? Я возбудилась. Несмотря на происходящее вокруг, мне хотелось, чтоб он меня повалил на землю и взял у всех на виду.

Соберись, Эвери. Борись, нельзя поддаваться влиянию. Не переходи черту. Ты – человек. Как глупо я забыла подпитаться перед боем, который забрал так много сил.

– Отойди, – низким вибрирующим голосом он отдал приказ, а тиамат позади меня отошел в сторону.

На земле валялась ветка, которую я с силой сжала. Острие кольнуло кожу, но недостаточно. Да я сейчас на него накинусь! И не убивать, а трахнуть. Мужчина грациозно приближался ко мне, хищной походкой, словно какой-то зверь. Мощный сильный. А я облизнула губы, кокетливо улыбнувшись. Прощай, здравый смысл. Суккуба внутри взяла верх. Соски напряглись, уперевшись в подкладку нагрудника. Дыхание участилось. Кровь разогналась по венам, а мне тут же стало жарко. Коснись – и я превращусь факел. Вспыхну страстью и сладостью.

– Возьми меня, – прошептала, глядя на него.

Протянула руки к его поясу, а он отпрянул. Я потянулась за ним, а он от меня. Знать не хотела, как он на меня смотрит. Все мои помыслы уткнулись ниже его талии. Какие трупы, какое пламя, какие тиаматы? Убрала доспехи, оставшись в обычной одежде – облегающей рубашке с откровенным вырезом и в кожаных штанах. Может, так ему больше понравится?

– Перестань! – услышала окрик Дарма. – Эвери!

Я подняла глаза на незнакомца. Он смотрел так, будто хотел испепелить на месте. Глаза пылали, а губы сжались в тонкую линию. На секунду в его взгляде мелькнула неуверенность. Но меня уже было не остановить. Я провела рукой по его щеке. Он тут же перехватил ее. Беглым взглядом осмотрел. Кожу уже не щипало, но она все еще была розовой.