Мне стало плохо и жутко до скручивающей тошноты, оттого что в полумраке этой страшной комнаты, в которой витал терпкий аромат Хана, стоял и ужасающий запах крови, что была отчетливо видна на светлой рубашке мужчины с левой стороны.

Кровь стекала по его шее, пропитывая ворот и грудь и даже брюки.

…боже! У него не было уха!!!!

Пошатнувшись оттого, что мир вдруг стал плоским, словно двухмерным, я цеплялась пальцами за твердую руку Неслихан, чувствуя, как она обнимает меня, быстро закрывая за нами дверь, словно отрезая все пути к спасению, и совершенно не обращая внимания на страдания этого несчастного человека, который продолжал все так же раскачиваться и что-то стонать.

Чтобы тошнота не одолела меня прямо здесь и сейчас, я впилась глазами в Хана, заставляя себя искать в этом помещении лишь его родной аромат, который мог успокоить и привести меня в чувство, вот только в этот раз это совершенно не помогало!

Он не закричал, чтобы мы убирались.

Не вскочил со своего места.

Не приказал охране убрать нас отсюда, как можно быстрее.

Хан просто тяжело и протяжно выдохнул, сокрушенно покачав головой и откидывая от себя на стол визитку, которую до этого вертел в руках:

– Я тысячу раз говорил тебе не мешать мне, когда я работаю.

– А я тысячу раз говорила тебе, что твоя охрана меня не остановит, если я что-то решу!

Господи, что происходило с ними?!

КАК можно было спокойно общаться между собой, совершенно не обращая внимания на человека, который раскачался в своих мучениях и страхе, а я медленно начинала сходить с ума, понимая, что не могу относится к этому так же спокойно.

– Опять отправила кого-то на больничный? – усмехнулся Хан, когда его чувственные губы изогнулись, показывая на левой щеке сладкую ямочку, на которую я судорожно уставилась, чтобы не видеть больше ничего вокруг.

– Нет, в этот раз все решили на словах! – фыркнула недовольно Неслихан, твердо глядя в глаза своего брата, в которых золотыми блестками летали смешливые и озорные огоньки, словно его забавляла эта жуткая ситуация, – Нам нужно поговорить!

– Разве ты не видишь, что я занят? – спокойно и лениво кивнул головой Хан на мужчину, на что Неслин недовольно уставилась на него, неожиданно отпуская мою дрожащую холодную руку, и сделав быстрый выпад к ближайшему ошалевшему охраннику, ловко и умеючи выдернула из его набедренной кобуры револьвер, который направила прямо на связанного окровавленного мужчину.

От последующего оглушительного выстрела, я в ужасе закрыла рот ладонями, пытаясь сдержать крик, сквозь выступившие слезы, видя, как связанный мужчина на стуле издал визг….упав в обморок, потому что пуля попала в аккурат между его ног, едва не попав в самое важное мужское место, не считая головы.

Охранники пытались сдержать смех, давясь им и делая вид, что все резко закашляли, а Хан устало закатил глаза, протянув руку ладонью вверх и выдохнув:

– Дай мне его сюда и больше никогда не трогай!

– Я стреляю лучше, чем все твои парни вместе взятые! – шикнула Неслихан, недовольно поджав губы, когда Хан поманил ее пальцами, повторив еще раз с нарастающим недовольством:

– Дай мне оружие я сказал!

Надувшись, словно маленький ребенок, у которого отобрали столь желанную игрушку, Неслихан процокала до стола, вложив револьвер в ладонь Хана и недовольно пробубнив себе под нос:

– …давно бы уже сделал мне лицензию на ношение оружия! Теперь ты не занят, братик, и мы можем поговорить!

Вернувшись ко мне, Неслихан обернулась на Хана, глядя прямо в его черные глаза, когда он лишь кивнул своим людям, приглушенно проговорив, отчего холод и ужас пробрали меня до самых костей:

– Уберите его. Продолжим потом.

Я старалась не смотреть на то, как мужчины в черных костюмах, без труда уволакивали из комнаты бессознательного мужчину с отрезанным ухом, глядя лишь в черные глаза, в которых даже сейчас не было ярости или злости.

Он смотрел на меня спокойно и как всегда твердо, словно пытаясь своим взглядом проникнуть в метающуюся душу и взять ее в свои руки, чтобы успокоить.

– Что ты хочешь от меня, Неслихан султан?

Как всегда Хан откинулся в своем глубоком кресле, расстегнув пуговку на пиджаке и глядя своим пронзительными глазами, от которых невозможно было оторвать взгляда.

– Что ты сказал моей Лейле? – Неслихан говорила так бойко и воинственно, что казалось, будто она способна кинуться и расцарапать лицо даже собственному брату.