– Ксю, оставь, – попросил ее Антон. – Я тоже соскучился.

С этими словами он упал на пол прямо в коридоре и позволил волчатам прыгать по себе вволю, смеясь и уворачиваясь от их языков.

– Инга, проходи в комнату, – позвала меня Ксюша. – Не смотри на этих ненормальных.

К тому моменту и Дима присоединился к куче моле. В небольшой гостиной с ярко пылающим камином и накрытым столом я прислушивалась к возне в коридоре. Это же как нужно любить этих животных, чтобы сразу четверых завести у себя дома. Мне хотелось спросить, не боятся ли они, что повырастав волки станут опасными для людей. Сама бы я, наверное, не решилась на такой шаг. Но Ксюша улыбалась каким-то своим мыслям, расставляя приборы на столе, и я так и не рискнула задать свой вопрос.

Вернулись Антон с Димой в сопровождении небольшой стайки. Я поймала себя на мысли, что стою, смотрю на них и улыбаюсь. В душе плескалось умиление с примесью восхищения и малюсенькой толики зависти. Неужели я тоже так хочу? А еще я невольно сравнила этих двух мужчин. Оба высокие и сильные. Только Антон жгучий брюнет, а у Димы волосы такого же цвета, как и у меня, соломенные. Но чем-то неуловимым эти двое были похожи.

– Давайте к столу, – пригласила Ксюша. – А вы, брысь на кухню! Там для вас пир готов, – шикнула она на волчат.

И те послушались – рванули из комнаты, отталкивая друг дружку, несясь на перегонки. Я не выдержала и рассмеялась. Поймав на себе ласковый взгляд Антона, снова смутилась.

Давно я так здорово не проводила вечер. Антон с Димой смешили нас историями из детства. Оказывается, они выросли в одной деревне и дружили с пеленок. Чего только не вытворяли в те годы. Как вообще умудрились вырасти!

Временами я ловила на себе задумчивые взгляды Ксюши. Но стоило мне только посмотреть на нее, как на губах женщины неизменно расцветала дружелюбная улыбка. Если меня и удивляло ее внимание с примесью любопытства, то я приписывала эту особенность ее пытливому характеру.

Засиделись мы допоздна. Меня уже вовсю клонило в сон, когда мы прощались с гостеприимными хозяевами и шли к машине. Волчата уже и вовсе дрыхли возле камина, только пузики их потешно вздымались, да ушки подрагивали во сне.

– Они замечательные!

Этой фразой я охарактеризовала сразу всех – и хозяев дома, и их милых питомцев.

– Ты им тоже понравилась, – улыбнулся Антон, разглядывая меня в темноте салона.

Интересно, что он видит, если я только и замечаю, как блестят его глаза.

На обратном пути я задремала. Проснулась, когда Антон затормозил во дворе моего дома. Мелькнула мысль пригласить его на чашечку кофе, но я ее сразу же отмела. Не хотела форсировать события, которые итак развивались слишком стремительно.

Антон первый выскочил из машины и помог выбраться мне. Сразу же заключил в объятья и жарко поцеловал. Ничего против не имела и с удовольствием ответила на поцелуй.

– Весь вечер мечтал об этом, – пробормотал он мне в макушку, зарываясь губами в волосы.

Он не спешил отпускать меня, а мне было очень уютно в его объятьях. Так бы стояла ночь напролет, если бы не соседка, баб Люда.

– Тьфу ты, окаянные, напугали! – раздался рядом с нами ее ворчливый голос. – Инга, ты чоль? А чего во дворе третесь, когда ночь уже! Народ пугаете…

– А вы чего так поздно, баб Люд? – не осталась я в долгу, высвобождаясь из объятий Антона.

– Чаво, чаво… Вот доживешь до моего возраста, поймешь. С Тоськой бессонницу коротали, чаевничали с медком…

Она все продолжала ворчать, скрываясь в подъезде, и я поняла, что настала пора прощаться.

– Мне пора, – только и сказала, направляясь к подъезду.

– Завтра позвоню, – услышала я голос Антона и повернулась, чтобы бросить на него еще один единственный взгляд.

На этот раз мы с ним обменялись телефонами. Наверное, предложи он мне и завтра свидание, я бы не отказалась. Но он не предложил.

На следующий день Антон не позвонил. Не то чтобы я все время об этом думала. Да и работы накопилось много. Нужно было выполнить серию рисунков про волков для иллюстрированного издания. Это же издательство заказало мне обложку для художественного произведения про оборотней. На ней должны быть изображены волки и девушка. С последним, конечно, было сложнее, потому что людей я не писала, но теоретически это делать умела. Но даже занятая с утра до вечера с коротким перерывом на обед, я нет-нет, да вспоминала об Антоне и его обещании позвонить. И с телефоном моим все было в порядке, потому что звонили все кому не лень. Редактор, директор галереи, заказчики, мама полчаса трепала нервы, допрашивая меня с пристрастием. Даже подруга со времен училища умудрилась позвонить из другого города.

Вечером, укладываясь в постель, я позволила себе поразмышлять и пришла к выводу, что у Антона появились неотложные дела, и не до звонков и свиданий ему было.

Следующий день принес новые привычные хлопоты. Сегодня он обязательно позвонит. Так думала я, и уверенность таяла по мере того, как текли часы. Вечером перед сном я уже всерьез задумалась, какие такие дела могут навалиться, что он с легкостью нарушает данное слово? Или так он поступает всегда – дает обещания и не выполняет их? Вряд ли. В моем представлении сложился совершенно другой образ – надежный и ответственный. Схватив телефон с тумбочки, я решительно набрала его номер, но в ответ услышала механический голос, сообщающий, что абонент временно недоступен. Засыпала с трудом, испытывая легкое беспокойство.