– Мне бы хотелось познакомиться со знаменитым Сомбе, - высказалась Кейт, когда друзья собрались все вместе и рассказали друг другу то, что каждому удалось выяснить.

– А я был бы не против снять на плёнку его иллюзионистские трюки, - добавил Жоэль Гонсалес.

– Возможно, никакие это не трюки. Магия вуду может быть очень даже опасной, - передёрнув плечами, сказала Анджи.

Вторую ночь в хижине, показавшуюся им вечной, путешественники провели с горящими факелами, несмотря на шедшие от них запах резины и чёрный дым, поскольку так, по меньшей мере, было видно бродивших здесь же тараканов и крыс. Кейт бдела часами, внимательно прислушиваясь и ожидая возвращения Нади с Александром. Поскольку охранников не было у входа, женщина могла выйти и слегка проветриться от стоявшего в жилище и сделавшегося невыносимым спёртого воздуха. Снаружи присоединилась к ней и Анджи, и обе, плечо к плечу, сели на землю.

– Умираю, хочу сигару, - пробормотала Анджи.

– Это же твоя возможность расстаться с пороком, как сделала и я. Он вызывает рак лёгких, - предупредила её Кейт. – Хочешь глоток водки?

– А алкоголь это не порок, Кейт? – посмеялась Анджи.

– Ты сейчас намекаешь, что я алкоголичка? Даже не смей! Время от времени я выпиваю всего лишь несколько глотков, чтобы унять боль в костях и ничего более.

– Нужно бежать отсюда, Кейт.

– Мы не можем уйти без моего внука и Нади, - ответила писательница.

– Сколько времени ты намерена их ждать? Послезавтра придут лодки и будут нас искать.

– К тому времени ребята уже вернутся.

– А если не так?

– В этом случае вы уйдёте, а я останусь, - сказала Кейт.

– Я не оставлю тебя здесь одну, Кейт.

– Ты пойдёшь вместе с остальными на поиски помощи. И будешь должна связаться с журналом «Интернэшнл джиографик», а также с американским посольством. Где мы находимся – этого не знает никто.

– Будем надеяться лишь на то, что Михаил Мушаша всё же уловил какое-то из сообщений, что я отправляла ему по радио, хотя я и сама бы не стала рассчитывать на подобное, - сказала Анджи.

И обе женщины надолго замолчали.

Несмотря на обстоятельства, в которых оказались путешественницы, те могли оценить всю красоту ночи под открытым небом со светящейся луной. В это время в деревне было мало зажжённых факелов, за исключением тех, что освещали королевское помещение и солдатские казармы. До них долетали непрекращающиеся звуки леса, а также пронизывающий всё вокруг запах влажной земли. Всего лишь в нескольких шагах находился параллельный мир существ, никогда не видевших солнечного света, которые и теперь из своей тени следили за женщинами.

– Ты знаешь, что это за колодец, Анджи? – спросила Кейт.

– Тот, что ещё миссионеры упоминали в своих письмах?

– Он далеко не такой, каким мы его себе представляли. Здесь вовсе не идёт речь о колодце с водой, - сказала Кейт.

– Нет? А что же это тогда?

– Скорее, место свершения казни.

– Да что ты говоришь! – воскликнула Анджи.

– То, что я тебе и говорю, Анджи. Оно находится позади королевского жилища и окружено изгородью. К данному месту даже запрещено приближаться.

– Это кладбище?

– Нет. Просто своего рода лужа или скорее бассейн с крокодилами…

Анджи, не в силах дышать, вскочила на ноги с ощущением тяжкого груза в груди. Слова Кейт лишний раз подтвердили испытываемый женщиной ужас с тех пор, как её самолёт разбился на пляже, а его хозяйка оказалась пленницей этого дикого региона. Час за часом и день за днём в даме крепло убеждение, что, мол, она неизбежно приближается к своему концу. Ведь всегда верила, что умрёт в молодом возрасте в своём самолёте, попавшем в очередную катастрофу, пока Ма Бангезе, рыночная гадалка, не указала той на крокодилов. Поначалу женщина не восприняла пророчество слишком серьёзно, но поскольку пострадала от этих животных уже в паре чуть не ставших роковыми случаев, эта мысль укоренилась в мозгу и со временем стала навязчивой. Кейт догадалась, о чём думала её подруга.

– Не будь суеверной, Анджи. Если Касонго разводит крокодилов, его хобби ещё не говорит о том, что ты будешь их ужином.

– Это моя судьба, Кейт, которой я не могу избежать.

– Мы выйдем отсюда живыми, Анджи, я тебе обещаю.

– Ты не можешь мне это обещать, поскольку не сможешь выполнить. Что ещё тебе известно?

– В колодец бросают тех, кто восстаёт против власти Касонго и Мбембел'e, - объяснила ей Кейт. – Я узнала это от женщин-пигмеев. Их мужья вынуждены охотиться, чтобы кормить крокодилов. Они-то знают, сколь многое происходит в деревне. Сами являясь рабынями племени банту, женщины-пигмеи выполняют наиболее тяжёлую работу, входят в хижины, подслушивают беседы и наблюдают за происходящим. Днём они перемещаются свободно, их запирают лишь на ночь. Никто не обращает на тех внимания, потому как считается, что женщины лишены человеческого разума.

– Думаешь ли ты, что именно так и убили миссионеров, отчего от них не осталось и следа? – вздрогнув, спросила Анджи.

– Да, однако ж я не уверена, отчего брату Фернандо пока этого не говорила. Завтра я выясню правду и, если представится возможность, взгляну на колодец. Мы должны его сфотографировать, ведь это и будет основная часть истории, что я собираюсь написать для журнала, - решила Кейт.

На следующий день Кейт снова появилась перед командиром Мбембел'e и рассказала ему о том, что Анджи Ниндерера очень признательна королю за его знаки внимания и собирается рассмотреть сделанное предложение. Но, по крайней мере, потребуется несколько дней, чтобы всё решить, поскольку уже обещала свою руку самому могущественному колдуну во всей Ботсване, а, как то известно всему миру, предавать его, пусть и на расстоянии, очень и очень опасно.