К вечеру первого дня Джабраил вдруг решил со мной поговорить. Благодаря расстоянию между бредущими по гребню бархана лошадьми нашего разговора и так никто бы не услышал, но джинн зачем-то даже понизил голос до шепота.

– Что-то еще должно произойти, – мрачно произнес он.

– И, конечно же, что-то плохое? – я не сдержалась от скептической улыбки.

– В отличие от тебя я не испытываю приступов неоправданного веселья, – Джабраил фыркнул и серьезно добавил: – Я чувствую, Сария, что для завершения мозаики высшего замысла не хватает какой-то детали. Быть может, сказанная кем-то случайная фраза или любая другая неважная на первый взгляд мелочь. Но до нашего прибытия в Сиапех это должно произойти, и ни в коем случае нельзя упустить знак судьбы из вида. Так что прекрати предаваться каким-то глупым мечтаниям и будь очень внимательной.

– Погоди, – меня осенило, – так ты на самом деле не имеешь ни малейшего понятия, как поднять храм из песков?

Джабраилу даже его невозмутимость не помогла. Я мгновенно по выражению его лица поняла, что правильно догадалась.

– И зачем тогда было лгать? Чтобы придать своей персоне в глазах других больше значимости? – я в очередной раз почувствовала себя обманутой лучшим другом.

– Я не лгал, – холодно парировал Джабраил. – Просто не договаривал. Я способен поднять Сиапех, но для этого, как я и сказал, не хватает какой-то детали. Чего-то такого, что натолкнет меня на озарение.

– Ага, озарение того, как не владеющий сейчас даже простейшей магией джинн совершит то, на что другие не способны. Ты сам-то в это веришь?

– Знаешь, поднять среди ночи Нарайян тоже считалось невозможным, – с улыбкой парировал Джабраил.

– Просто тогда у меня была важная причина, – я смутилась.

– Вот и у меня важная причина. Достаточно весомая, чтобы совершить очередное чудо.

Я устало потерла глаза.

– Скажи, Джабраил, ты хотя бы раз в жизни думал о благе кого-либо, кроме себя?

– Я живу уже слишком долго, чтобы помнить всякие ненужные мелочи, – усмехнулся джинн и исчез.

А я лишь вздохнула. Это, может, Джабраилу было легко следить за всеми, чтобы уловить какой-то там знак. Но я-то что могла сделать? Пескоступы на копытах лошадей вынуждали держаться на расстоянии. Конечно, при желании я могла бы громко позвать едущего впереди Зехира или следующего за мной Дагнара, но просто так услышать остальных не получилось бы. Оставалась одна надежда на время стоянок. Нарайян, на который я старалась лишний раз не смотреть, как раз уже клонился к закату. А значит, близилось время ночлега. Правда, меня больше радовала не возможность прислушиваться к чужим разговорам, а то, что в полумраке можно смотреть на Зехира, не боясь быть замеченной. Да и ночевать нам придется как всегда в одном шатре. Пусть на разных покрывалах и на расстоянии нескольких шагов друг от друга, но все равно более-менее рядом.

Но еще до остановки на ночлег произошло одно событие. Внутренним наитием я сразу же поняла, что это именно то, о чем говорил Джабраил. И судя по тому красноречивому взгляду, что мельком бросил на меня джинн, он тоже это понял. Правда, как произошедшее поможет нам заставить Сиапех подняться из песков оставалось загадкой. Но все размышления были после.

Это случилось, когда Нарайян уже наполовину скрылся над горизонтом, и небо постепенно начало темнеть, окутывая Великую пустыню одеялом убаюкивающего полумрака. Едущий впереди Зехир вдруг остановил лошадь и быстро спешился, словно что-то впереди увидел. Я не чувствовала никакой опасности, так что ифритов поблизости точно не бродило. Парящие над нами джинны поспешили вперед. Воины покинули седла и тоже устремились за Зехиром. Мучимая любопытством я вслед за остальными поспешила посмотреть на причину преждевременной остановки.

Причиной оказался человек. На песках лежал раненный мужчина средних лет. Без сознания и явно слабый настолько, что больше походил на мертвого, чем на живого. Даже окровавленная, его одежда выглядела явно дорогой, да и острая форма черной бородки выдавала принадлежность несчастного к купеческому сословию. Лицо же его показалось мне отпугивающе странным. Застывшее выражение ужаса больше походило на вылепленную маску. Хотя, быть может, это полумрак создавал такую иллюзию.

– И что встали? – равнодушно поинтересовался Джабраил. – Много лишнего времени?

– Надо помочь этому бедолаге! – возмутился Дастрияр. – Не можем же мы его бросить умирать среди песков!

– Почему не можем? – джинн скептически приподнял брови.

– Потому что порядочные люди так не поступают, – тут с жаром ответил сын эмирхана.

– Вот и пусть валяется тут дальше до появления порядочных людей, а мы продолжим путь.

– Джабраил! – не выдержалась я.

– Ладно, молчу, – джинн демонстративно закатил глаза. – Раз вы все так враз оглупели, и никому кроме меня вовсе не кажется странным, что вдали от городов и торговых путей мы вдруг нашли непонятного незнакомца.

Но его уже никто не слушал. Зехир распорядился устраивать привал прямо здесь и быстро раздавал указания. Люди спешно разводили костер и взялись за приготовление ужина, часть джиннов отправилась привычным дозором, а другая часть занялась помощью раненому. И лишь мы с Джабраилом как всегда остались в стороне. Мне вообще никакую работу не доверяли, видимо, опасаясь, как бы драгоценная предсказательница не умерла от усталости, пока помешивает жаркое в котелке. А джинн, которого уже и не игнорировали даже, сам не спешил кому-либо помогать.