– Чего? Что ты там бормочешь?

– Кхм, кхм! – прокашлялся. – Здравствуйте!

– А, здравствуйте, – буркнула Кравец, пошевелив своими обвисшими щеками на круглом лице. – А вы кто? – приподняла выщипанные белесые брови, шире открыв при этом серые глаза бухгалтер.

– Я ваш новый курьер.

– Кто? Говорите громче, вас почти не слышно!

– Я ваш новый курьер. Вот, пакет для вас с восьмого этажа!

– А… – протянула женщина, посмотрев на меня через маленькие очки. – Илона прислала? От Августа?

– Да, наверное, я еще не знаю всех по именам, – пожал плечами и поспешил оправдаться, – это мой первый день.

– И как же вас зовут, милый курьер? – внезапно, голос дамы смягчился, и теперь она ко мне обратилась практически с материнской нежностью. Да, это вторая сторона моей внешности. Если меня не презирают, то жалеют. Как беспомощного калеку. И, поскольку, внешних недостатков, кроме невысокого роста и подростковой худобы у меня нет, калекой, я подозреваю, меня считают на голову.

– Женя, – привычно отозвался я, не выказывая обиды. Здесь не на что обижаться. Кравец, наверное, Ирина или Инесса, или как-то так, раз уж на табличке стояла буква «И», женщина добрая, работящая, иного от нее ожидать и не приходится.

– Женя, – озадаченно произнесла дама себе под нос. Ее явно не удовлетворил мой ответ. Ведь она так и не узнала, мальчик я или девочка. Ага, по лицу вижу. А ситуация не располагает спросить напрямую. Я же не стану ей помогать. Зачем? Через три секунды, как за мной закроется эта дверь, она и думать забудет о новом курьере.

– Женя, Женя… Ну, что ж! Очень приятно! А я, Ирина Марковна Кравец. Будем знакомы! Большая часть работы у вас будет со мной, так как ваш предшественник гулял в основном от меня к Илоне и обратно. Давайте ваш пакет.

Женщина приподнялась, но для ее грузного тела этот жест оказался целым мероприятием, и, наклонившись над столом, огромных размеров грудью она зацепила стопку бумаг, до этой секунды возвышавшуюся над нею, и все документы моментально разлетелись по небольшому личному пространству самого ответственного работника «Инверсии». Ага, именно так называется фирма, где я работаю. Детище Августа – «Инверсия». У этого слова есть много значений. Перестановка, переворачивание, извращение, замена белого черным. Отражение. Сегодня я еще не могу понять, почему он дал такое название своему предприятию, но в скором времени, в моей голове все встанет на свои места. Но это будет много позже.

Сейчас же, я быстро опустился на корточки и поспешил все собрать с пола, аккуратно складывая лист к листу, соединил все в пачку и вернул на прежнее место на рабочем столе у госпожи Кравец.

– Ой, спасибо, спасибо, Женя! Это очень мило! Спасибо!

Женщина немного помялась, она, очевидно, хотела сказать что-то более личностное, но все еще не знала, как ко мне обращаться. Поэтому, чуть смутившись, сразу же схватила явно подготовленную черную папку, скрепленную резинкой, и передала ее мне.

– Вот, отнесите это Илоне. Передадите, все подписано, печати поставлены. Спасибо, Женя.

Вежливо улыбнувшись, взял очередную посылку, и молча покинул кабинет. Не удивлюсь, если Ирина Марковна сейчас позвонит в отдел кадров, чтобы узнать, какого же я все-таки пола.

И этот сценарий мне тоже знаком. Решив все же сконцентрироваться на работе, быстро направился обратно к лифту. Мне нравится этот офис. Все современное, дизайн, отделка. Видно и чувствуется качество. Дорогие деревянные полы, которые местами перекликаются с каменными плитами. Стеклянные стены кабинетов, везде кожаная мебель нового поколения, которая либо имеет нестандартные формы, либо обладает сверхспособностями – раскладываться и раздвигаться под любые нужды. А на стенах на всех этажах картины известных художников. Они висят в нишах, вмонтированных в стены, и надежно защищенных современной сигнализацией.

Я снова вошел в лифт, прижимая папку к своей груди. Нажал на кнопку восьмого этажа, и уже было хотел погрузиться в свои мысли, как система издала мелодичный звук, и двери кабинки открылись на седьмом этаже. Я автоматически поднял глаза наверх. И встретился взглядом с Его невероятными синими глазами.

– Ну, я понял, Август. Думаю, пора от осмотра, перейти к обсуждению деталей! – рядом с моим Богом стоял тот самый неопрятный здоровяк, который отогнал меня от двери Августа, каких-то минут двадцать назад. Мужчина жестом пригласил моего босса пройти вперед него в кабинку лифта.

Туда, где в эту секунду стою я и прижимаю к себе злосчастную папку.

– Да, – медленно оторвав от меня строгий взгляд, Август повернулся к своему собеседнику и, кивнув, последовал его приглашению, вошел ко мне в лифт. Здоровяк поспешил за ним.

Я же интуитивно дал задний ход, пока не уперся спиной в заднюю же стену кабины. Мужчины не отвернулись от меня. Они оба остались стоять так, как вошли. Здоровяк только нажал на кнопку восьмого этажа.

– Так и поступим, Иван.

Мне очень хотелось провалиться сквозь блестящий пол лифта. Пусть прямо в шахту, пусть насмерть. Только бы не стоять здесь, под его тяжелым взглядом. Август очень высокий и широкоплечий, уверенный в себе взрослый мужчина. Даже если бы он сейчас был здесь не в безупречном деловом костюме, до миллиметра соответствовавшем всем изгибам его натренированного тела, а в простых шортах и майке, все равно бы производил неизгладимое впечатление лидера. Чуть ли не царя. Или просто Бога. Моего Бога.