– А третий?

– Третий род был вырезан под корень неизвестными, буквально вчера. Скотланд Ярд предполагает участие в этом действе, как минимум, пяти стихийников, уровнем не ниже "экселенц".

– Это кто ж такой резкий-то?
– Удивился я.

– Ходят слухи, что шотландские эрлы очень не любят всех англичан скопом и род Говардов в частности, ещё со времён вторжения Томаса Говарда, второго герцога Норфолка и графа Суррея на их земли. Обиды эти сумасшедшие горцы помнят, оказывается, просто-таки, неприлично долго.

– М-да уж.
– Я почесал затылок.
– Запутанная история.

– А я о чём!
– Откровенно рассмеялся Бестужев.
– И заметь, ни одного намёка на "русский след".

Дальнейший наш разговор свёлся к обмену новостями и моему короткому рассказу о том, как обстоят дела в отряде. Интерес будущего тестя к ним был вполне понятен. Как и все родители, он хотел быть уверен, что его дочь в полном порядке, а её жених и по совместительству учитель не планирует устраивать кровавые эскапады с её участием. Собственно, в данном случае, Бестужев интересовался происходящим не только от своего имени, но и от имени Громовых, Посадских и Вербицких, в чём он честно признался сам.

Ну да, родственники остальных учениц знали, кому "делегировать полномочия". У моего будущего тестя есть возможность получить несколько больше информации о происходящем в отряде, чем у них, по нескольким довольно веским причинам. Первая: мы будущие родственники; вторая: мы компаньоны по общему делу. Пусть идея "ателье ТК", как, собственно, и её воплощение принадлежит Ольге и мне, но моя невеста в этом деле, фактически, представляет свой род. Ну и третья причина: будущая школа Николаевых и Бестужевых. По отдельности, эти факты не настолько значимы, чтобы я вовсю откровенничал с Бестужевым, но если учитывать их все вместе... да, Валентин Эдуардович вправе рассчитывать на несколько большую откровенность с моей стороны, чем Громовы или, тем более, Посадские. С Вербицкими чуть сложнее, но и им, даже с учётом взаимных обязательств, принятых мною и Анатолием Семёновичем, я бы не рассказал столько, сколько поведал Бестужеву о делах отряда "Гремлины" и наших планах.

– Я рад, Кирилл.
– Честно признался боярин, когда я закончил свой небольшой рассказ.
– Честно говоря, у нас у всех были некоторые опасения, что оказавшись так далеко от дома, да после всех событий последнего года, девчонки возомнят себя великими воинами и рванут на подвиги в СБТ, и ты не сможешь их удержать. Нет-нет, не прими это как сомнение в твоих силах. Просто согласись, красивые девушки обладают просто-таки волшебной способностью вить верёвки из любой половозрелой мужской особи. А наших дочерей уродинами не назовёшь.

– Хотел бы я взглянуть на такого идиота.
– Рассмеялся я.
– Сожгут, утопят, закопают, а потом скажут что так и было и, вообще, ничего и никого здесь не было.

– Точно.
– Вслед за мной развеселился Бестужев, но уже через секунду хлопнул себя ладонью по лицу и неразборчиво выругался.
– Вот же... склероз проклятый!

– Что-то случилось?
– Спросил я.

– Да нет, просто за нашей беседой я совсем забыл о второй новости. Одну секунду...
– Бестужев отвёл взгляд куда-то в сторону, пальцы пробежались по невидимой клавиатуре, а в следующий миг мой коммуникатор пискнул, сообщая о полученном сообщении.

– Что это?
– Спросил я боярина.

– Здесь отчёт о завершении работ в московском представительстве вашего "ателье" и кое-какая информация от Капитолины Рюминой. И то и другое я получил сегодня. Думаю и тебе и Ольге это будет интересно.

– Ну, уж Ольге точно.
– Улыбнулся я.
– Она столько сил вложила в этот проект. Ох и писков же сегодня будет! Хм... Валентин Эдуардович?

– Да, Кирилл?

– Это же значит, что скоро грядёт открытие ателье, правильно? А на открытии должны присутствовать хозяева.
– Протянул я. Бестужев развёл руками, мол, а как иначе-то?

– В принципе, вас никто не торопит с открытием, - протянул боярин, и я так и почувствовал недосказанное "но" в его интонациях. И не ошибся.
– Но я бы советовал провести церемонию до конца ноября, пока Двор не перебрался в Новгород.

– Вот не было печали.
– Вздохнул я.

– А что такого?
– Не понял мой собеседник.

– Времени мало.
– Честно ответил я.
– Уж середина октября, а значит, у нас есть меньше полутора месяцев на сборку хотя бы пары-тройки образцов, которые можно было бы продемонстрировать на открытии.

– Тогда, можно отложить его до марта следующего года.
– Задумчиво покивав, предложил Бестужев и пояснил.
– Проводить церемонию зимой нецелесообразно, на мой взгляд. Основной интерес к спорт-ТК, как мне кажется, будут проявлять, в основном, дети бояр, а зимой их в Москве будет немного.

– Скорее всего, так мы и поступим.
– Подумав, кивнул я.
– Но это пока только моё предположение. Сначала надо посоветоваться с Ольгой, а там решим.

– Спасибо, Кирилл.
– Неожиданно произнёс Бестужев, а на мой вопросительный взгляд, усмехнувшись, ответил.
– За то, что не стал загонять мою дочь в "Домострой", после той её выходки.