Танцующие лишь кажутся довольными и веселыми. А стоит коснуться женщин, как вас тут же используют прямо посреди составленных в центре сумочек. Ну, а как мужчины пускают по кругу, я думаю, не стоит рассказывать.

Девчонка застыла на месте. Она напряженно вглядывалась в полутемный зал, по которому скользили разноцветные огоньки, и дымок пронзали лучи лазеров. Мой внутренний крот также напряженно вглядывался в неё, время от времени протирая запотевшие очки.

А между тем я уже увидел коридор, по которому можно пробраться на другую сторону. Эх, будь я один, то уже выходил бы из этого потеюще-дышаще-попукивающего зала. А так… Ну, Великий Рандом, не подведи на этот раз. Я порылся в слотах инвентаря и вытащил Мятную Жвачку Оборзения и сорокаградусную Чекушку Смелой Воды.

– Пей половину!!! – гаркнул так, что Беруши Беззвучия задымились.

Испуганная девчонка едва не накладывает полные бронестринги, но потом справляется с собой и принимает стеклянную тару. Приходится отбирать Чекушку, иначе я бы остался без магической помощи. На закуску идет половинка Жвачки Оборзения, но это лучше, чем ничего.

– Не отставай и ступай след в след!!! – снова крикнул девчонке и устремился вперед.

Надо было торопиться, а то песня заканчивалась, и вместе с ней менялось положение танцующих кругов. Если не сейчас, то…

– Пошли!

Крестный ход начался.

Тут присесть.

Тут подпрыгнуть.

Тут шаг влево и руки вверх!

Мой внутренний крот вовсю отрывался и крутил нижний брейк – ему хорошо, его трахать в случае чего не будут.

Девчонка с глазами по пять рублей следовала за мной и повторяла движения.

Великий Рандом! Мы не успевали – песня заканчивалась, а до заветной двери ещё десять метров и два круга. Пришлось творить заклинание Подлюги Необыкновенной.

Я наношу удар под коленную чашечку самому здоровому из танцующих первого круга и одновременно кричу во второй круг:

– Серега! Тут этот бычара тебя мудилой назвал! Давай сюда! Я держу его!

Всегда среди танцующих находится какой-нибудь Серега. И всегда за него заступается второй круг. А первый заступается за «бычару».

Пока куча-мала весело всасывает в себя половину зала, мы успеваем проскочить оставшуюся дистанцию. Правда, какая-то дамочка бросается наперерез с намерением схватить меня за интимное место, но я легким пируэтом ускользаю с её пути и добавляю для скорости.

Чего вы так с укоризной смотрите? Да, дал небольшого пинка компьютерному персонажу. Ой, будто вы сами не мочили компьютерных красавиц. Мой внутренний крот тоже укоризненно покачивает головой и за это получает щелбан.

Главное, что ещё часть уровня пройдена.

За новой дверью нас встретила большая спальня в стиле рококо. На самом деле я ни хрена не разбираюсь в стилях и не отличу ампира от барокко, но если написать так, то читатель сразу поймет – у автора до фига времени, чтобы полазить в Википедии.

А на самом деле тут под самый потолок угваздано позолотой. С потолка свисают хрустальные висюльки люстр. В центре стоит здоровенный траходром, закрытй балдахином. На стенах картины, с который хмурятся какие-то обрюзгшие утырки в париках. У некоторых утырков (видимо в качестве прикола) подрисована грудь и громоздкое платье. В таких платьях раньше рассекали на балах.

Ага, сначала надела на бал, потом развернула и вот вам готовый парус.

Мой внутренний крот озирается в поисках плюшевого кресла. Вот далось ему это кресло… А я осматриваюсь, чтобы увидеть босса раньше, чем он(а) увидит меня. Тем более, что в конце спальни из-под книжной полки вырывается оранжевый свет сохранялки.

Но впереди метров тридцать, а по полу раскиданы развернутые презервативы. Не скажу, что они использованные, но явно раскиданы неспроста.

– Мы где? – впервые подала голос девчонка.

Это было так неожиданно, что я едва не ответил в рифму. Голос приятный, под стать виду, но я снова напомнил себе думать не о бабах, о бабках – не время для любви. Надо бороться за корону.

– Мы в покоях баронессы Гешефт. Так что держи ухо востро и не позволяй никому себя... В общем, ни капли в рот, ни сантиметра в попу!

– А как это сделать?

Хотел сказать, что «каком вверх», но у неё были такие наивные глазищи, что скажи я так – тут же примет асану «Собака мордой вниз».

– В общем, держись рядом и никуда не встревай. Пошли. Старайся не ступать на валяющиеся презервативы, кто знает – какой злой колдун их натягивал.

Да, пошли… Стоило сделать нам пару шагов, как это невинное создание наступает на зеленое резиновое изделие с усиками, поскальзывается и падает навзничь. Слышится грохот, какой издает упавший на пол таз.

Мой внутренний крот с такой силищей делает жест «лапа-морда», что крохотные очки улетают далеко и надолго. Пока он их отыщет, пройдет немало времени.