Он по-прежнему лежал на полу у лестницы. Стилчо подложил ему под голову свой плащ и склонился над ним. Почувствовав ее приближение, мертвяк поднял голову, и Мория заметила, что лица обоих одинаково бледны.

— Его зовут Стратон, — сообщил Стилчо. — Это Ее любовник.

— Т-тасфален м-мертв, — только и смогла ответить Мория. Она хотела было сказать мой любовник, но это было бы не правдой. Тасфален оказался единственным порядочным человеком, который обошелся с ней лучше, чем все остальные, и так глупо умер. Он умер от Ее рук, и не было в этом вины Страта, ведь Мория знала, с кем она его оставила.

Воровка вдруг почувствовала, как выступили на глазах слезы и как болят раны.

— Что теперь делать? — спросила она, облокотившись на перила, и беспомощно смотрела на Стилчо и умиравшего на ковре человека. Стилчо сломал стрелу, но наконечник остался в ране, зажатый сочащимся кровью мясом. Стрела вонзилась меж ребер, они могли ослабить удар, но кто знает, что она повредила еще. — Боги, неужели же он умирает?

Стилчо взял в руки обломок стрелы, он был окрашен в синий цвет.

— Метка Джабала, — заметил он.

По телу Мории пробежал холодок. Когда-то и Джабал тоже владел частичкой ее души, это было до того, как Ишад взяла ее к себе и привела в этот дом, где Мория более не чувствовала себя в безопасности.

— Ты знаешь, как вытащить ее?

— Я знаю как, но у меня нет инструментов. Этот твой… однорукий повар… побежал в кухню за ножом, мне нужно вставить ножи с двух сторон наконечника. А еще мне нужно полотенце и горячее масло. Ты можешь заставить слуг действовать?

— Они заперлись в людской, вот в чем дело! — Тишина на другой половине дома неожиданно получила свое объяснение. Мория преисполнилась ярости. Прекрасно зная, с кем имеет дело, она направилась через зал…

…и вскрикнула от вспышки молнии и раската грома над перекрытием крыши. Порыв ветра чуть не сбил ее с ног.

Обернувшись, Мория увидела Хаута, сбросившего с себя плащ и держащего в руке глиняную Сферу, которая то исчезала, то на доли секунды появлялась, вращаясь и сверкая драгоценными камнями.

Хаут улыбнулся, 'оскалив зубы, и отпустил Сферу, которая повисла прямо посреди зала, вращаясь и сверкая то ослепительной белизной, то тысячей красок. Свет озарил Морию, Хаута и прихожую. Выждав мгновение, Хаут снова схватил Сферу и провел свободной рукой по волосам, напомнив этим детским жестом того Хаута, которого Мория знала, который спал с ней и был к ней добр. Перед ней стояли в одном лице два человека: маг, которого она страшилась, и человек, который дарил ей подарки, любил ее, но и вовлек себя и Морию во все это чудовищное действо.

Что бы он там ни заполучил в свои руки, это явно не было обычной вещью, и, безусловно, Госпожа не могла такого желать. Мория знала, что может значить этот его взгляд и эта сверкающая штуковина. Внутри у нее все похолодело, а от застарелого отчаяния девушка почувствовала только усталость и гнев.

— Хаут, черт тебя побери, чем ты занимаешься.

Он ухмыльнулся в ответ, светясь от удовольствия. Однако стоило Хауту перевести взгляд с нее на Стилчо и раненого, как ухмылка сменилась любопытством.

— Ну, — заметил он, подходя ближе и крепко сжимая странный, столь драгоценный для него шар. — Ну, — повторил он, глядя на Стратона, — какая птичка залетела в наши сети?

— Ты можешь ему помочь, — вспомнила о своей раненой ноге Мория и загорелась на миг надеждой. — Ты можешь ему помочь. Сделай что-нибудь.

— Безусловно. — Наклонившись, Хаут коснулся ботфорта Стратона, и от этого прикосновения все тело Стратона, напоминавшее уже скорее мертвое, чем живое, дернулось. Послышался вздох. — Как это произошло?

Мория открыла было рот, но Хаут остановил ее,

— Все нормально, — раздался его голос. — Ты мне сказала. — Обхватив рукой колено Стратона, он сжал его так, что от напряжения побелели пальцы. — Привет, Стратон.

Глаза раненого открылись. Стратон попытался было приподнять голову с плаща и, возможно, успел заметить Хаута, прежде чем его лицо снова исказила гримаса боли.

— Проклятье, — только и смог проговорить он, роняя голову. — Проклятье.

— Воистину так, — отозвался Хаут. — Как оно тебе, ранканец?

— Хаут! — вскричала Мория, когда пасынок испустил нечеловеческий крик. Обеими руками девушка принялась трясти нисийца за плечи — Хаут, не надо!

Хаут перестал и медленно поднялся на нога, по-прежнему держа в руке Сферу. Мория отступила на шаг назад, но заставила себя остановиться, сжав зубы. Ее тело содрогалось от угрозы, которую таил взгляд незнакомца, в чьих глазах не было ничего от прежнего Хаута. В нем таилось нечто ужасное, нечто изнутри касающееся ее души так, что она постоянно чувствовала напряжение.