Я смотрел вслед исчезшей капле, и ощущал, как ироничная улыбка оскалом искрилась на моих губах. Мои потаённые надежды частично оправдались. Чего-то подобного я ожидал, делая такое пожертвование, как освящения редкого строения Предтече.

— МААААКС! Хватит возиться с хламом. — Не отрывая взгляда от очередной капли, устремившейся к алтарю прорычал я.

— Господин? — Метнувшись тенью мой друг склонился по другую сторону от алтаря.

— Принимай дар. — Подтверждая принятие награды, я выбираю своего друга.

Алтарь за пульсировал и жгут переплетённых потоков устремился от него ко лбу цели. Макс вздрогнул, но устоял. Его окутала мантия пустоты, но она не противостояла потоку, а скорее напитывалась передаваемой энергией. Плотность ауры с каждым тактом увеличивалась, вскоре от покрова в саму суть Макса устремились тысячи тончайших нитей, изменяя что-то в нём.

Поздравляем, Ваш юнит повысил ранг (+15 % характеристик +1 дополнительная специальность).

Герою Максимилиан'ал'Тремер доступна дополнительная специализация.

Выберите специализацию из доступных:

1. Маг Пустоты.

2. Повелитель Исчадий.

3. Страж гробниц.

Проблемы выбора. Затребовав описания каждой из доступных опций, я читал. Первая опция открывала доступ юниту к уникальной школе магии, «Маги Войпа». Очень интересное направление, сродни магии смерти, но гораздо более глубокое. Скорее даже чужеродное. Для применения заклинаний этого направления тратится не только и не столько мана, сколько жизненные силы мага и жертв. Доспехи и оружие пустоты, что использует сейчас Макс, не более чем основы этого искусства. Заклинания же высших кругов, что станут доступны ему с этой специализацией, будут соизмеримы с пресловутым арммагедоном. Но есть большое «НО». Маги пустоты со временем теряют разум становясь безумцами. Ярчайшим примером могут быть тысячелетние личи, которые могут уничтожить целые королевства, но не способные принять даже такого простого решения, как сделать шаг. Однозначно, своему соратнику и другу я такого е пожалею. Силы можно получить и гораздо более дешёвым способом. Отказавшись от первого пункта, я стал читать второй. «Повелитель Исчадий» — это специализация, которая открывает одноимённый навык, а также позволяет внедрить в низшую нежить ядро пустоты, тем самым собственно и порождая Исчадий. На один уровень навыка Повелителя Исчадий возможно внедрение и поддержание трёх ядер. Так же навык усиливает всех исчадий под управлением Повелителя. Очень интересный навык, но дабы быть объективным надо глянуть и третью специализацию.

«Страж гробниц» оказался типовым воином смерти, совершенно мне неинтересный. Максимилиан и так великолепный солдат, специализирующийся на динамическом сражений против магов. Давать ему способности свойственные войну тяжеловесу в полных доспехах и с ростовым щитом, на мой взгляд, совершенно бесперспективно.

Остановив свой выбор на Повелитель Исчадий, и подтвердив его, я обратился к другу:

— Чувствуешь в себе изменения? Тебе должно было стать легче ощущать план забытых богов.

— Простите, Сир, приток сил я ощутил, но их специфику пока не знаю. — Логично. Нужен эксперимент.

Проводив взглядом очередную каплю крови, я стёр с губ застывший оскал сарказма. Два шага в сторону склада пленных и через один единственный укус неудачник, так и не выходя их своего забытья, стал корчиться, перерождаясь в упыря. Ещё два укуса с задержкой в пять минут и вот они — три представителя низшей нежити. Упыри классические — тупые, голодные, агрессивные уродцы.

— Обратись к новой для тебя силе и измени хотя бы одного из них.

Чем мне нравится Макс, так это своим умением находить баланс между личной свободой и подчинением приказу. Далеко не рядовой индивид, с неплохими задатками военачальника, он тем не менее умеет подчиниться приказу, каким бы нелепым оный не казался на первый взгляд. Вот и сейчас мой друг вытянул руку и насупился. Пару минут ничего не происходило, затем резко полыхнуло холодным светом, и над ладонью вампира зависла голубая, призрачная сфера. В центре аномалии, словно зерно, застыла крупица абсолютной тьмы.

— Отлично, влей её любого низшего.

Макс опустил руку на лоб ближайшего упыря. Сфера скатилась с наклонённой ладони и впиталась в иссушенный череп.

Изменение началось незамедлительно. Тело стремительно усыхало. И так, сухощавое телосложение упыря истончалось с каждой секундой, казалось, что кости впитывают в себя всю плоть. Вскоре на месте упыря остался только скелет с, клубящейся за рёбрами, голубоватой сферой.

— Во двор. — Киваю головой на вход.

Выйдя под утренние лучи, и выведя за собой упырей, мы попытались сымитировать схватку. Вначале натравили одно Исчадия на одного упыря. Итогом скоротечного боя стал полуразобранной низшей нечисти. Исчадие было существенно более быстрым и ловким. Кости, из которых оно состояло, мало поддавались когтистым ударам лап упыря, а, напоминающею волчью, пасть позволяла отрывать огромные куски иссохшей плоти. Видя однозначность победителя, я прервал столкновение. Подлатав первого упыря нечестивой кровью, я привлёк к эксперименту второго.

Столкновение одного против двоих было явно сложнее для скелета. Изворачиваться и маневрировать, как оно делал раньше, Исчадие больше не могло. Непрерывные атаки хоть и не нанесли пока прямого урона, но явно загоняли его в ситуацию, когда упыри смогли бы растаскать костяного по кускам.

В какой-то момент, мне показалось, что у испытуемого щёлкнул переключатель, выводя его на новы режим. Вдруг, ни с чего, рисунок схватки изменился. Уже сражались не три твари, а разумное чудовище с двумя зверями.