Ступив на приалтарную площадку, я вновь был окутан кровавыми сполохами, что, словно повторяя моё сердцебиение, расходились волнами по окружности. Пройдя к алтарю, подозвал к себе первожрицу. Илитара сложила кожистые крылья и, опустив голову, подошла и склонилась в глубоком поклоне. Картина должно быть и вправду была сюрреалистическая. Мужчина в тёмном плаще, со склонившейся перед ним демоницей, в подсветке от расходящихся кровавых огней, застыли на фоне парящих над алтарём кристальных сердец, сочащихся кровью.

— Нам сегодня понадобятся особые «дары».. В темнице ожидают своей участи несколько священников — приведи ко мне двоих, а раба крови отправь на место. Он ещё пригодится. — Жрица с готовностью поспешила выполнить распоряжение, и вскоре слева и справа от алтаря стояла пара связанных святош, некогда доставленные мне гильдией торговцев.

Всё время ожидания я стоял перед алтарём в маске и смотрел на людей. Поклониться сегодня к алтарю пришло явно больше разумных. Крестьяне, присоединившиеся ко мне вначале, составляли две трети сектантов, но вливание освобождённых у роя мастеровых и присоединившихся одержимых, существенно увеличили паству. Мне даже удалось заметить нескольких мастеров разбоя, что также пришли посмотреть на наше собрание.

Но вот подошли связанные «светляки», выкупленные мною у гильдии торговцев, и вскоре слева и справа от алтаря стояли двое связанных святоши. Приказав Дай и Най стоять за их спинами во избежание неожиданных казусов, она подошла ко мне и вновь склонилась в поклоне.

— Господин, Ваше распоряжение выполнено. Вам что-то ещё от меня требуется? — Кивнув ей и обозначив рукой распоряжение выпрямиться, я начал объяснять свою идею.

На самом деле, как и в любой религии, кроме награды и порицания культу Кровавого не хватает и празднований. Общество для своего нормального функционирования нуждается в каких-то общих чертах. В чём-то, что для всех его членов стало бы знаковым — например, в общих массовых гуляниях. Именно это я и планировал устроить моим живым сегодня.

Объяснив первожрице её роль в предстоящем мероприятии, я позволил ей занять место за своим левым плечом.

— Братья и сёстры! Идущие путями бессмертия и силы — и те, кто только намеревается стать на эти истинные пути существования! Я рад приветствовать вас сегодня в полночный час. Великая честь служить Первому из Вечнорождённых собрала нас сегодня на таинство служения Ему. В суете и страхах своих вы жили лишь сегодняшним днём, но ОН даровал вам шанс приобщиться к вечности и силе. Служите верой и правдой, и достойнейшие из вас смогут встать на одну ступень с ним, возвеличивая Его и себя в служении Ему… — Моя проповедь длилась почти час. Большей частью она строилась на абсурде. Идеи порой противоречили сами себе, но заряд эмоций, что я так старательно выплёскивал наружу, явно доходил до адресатов. Толпа находилась на грани, не бесновалась ещё, но размеренные движения и хоровые ответы явно свидетельствовали о нужном мне состоянии. Пора подходить к развязке: — И ночь наступающая, отныне и вовеки будет чтиться Вами, как великий праздник, «Ночь кровавых Истоков», когда любой еретик сможет получить прощение бесчестия своего, принеся достойный кровавый дар на алтаре Предтечи. И пусть чудеса сегодняшней ночи сохранятся в сердцах ваших. Сестра, отпусти раскаявшегося.

Последние слова были ключом, по которому Илитара должна была незаметно наложить проклятие на одного из святош, временно ломая его волю. На подобных юнитах этот эффект продержится буквально несколько минут, но мне больше и не нужно.

— Сестра Дай, освободи раскаявшегося. — Повинуясь мне, жрица разрезала связывающую монаха верёвку, и помогая ему встать, едва заметно прикрыла глаза, сообщая о нужном состояние реципиента.

— Возьми священный клинок и окропи им алтарь кровью нераскаявшегося нечестивца. — Сказал я, запуская Гипноз. Все остальные действия — и разогрев толпы, и проклятие, наложенное Илитарой, были необходимы только для этого.

Словно сомнамбула, освобождённый жрец взял клинок, от которого по его руке тут же поползли чёрные нити. Всё же живым, неспециализированным юнитам, брать оружие с пометкой «Только Вампир» весьма вредно для здоровья. Но и боль, и явно противоестественность действий, сейчас, дважды надломленному существу безразличны. Подойдя к трепыхающемуся собрату, мужчина за волосы уложил его на алтарь, и рассекая плоть до позвоночника, вскрыл ему шею.

На Вас наложено благословение: «Кровавые Души».

Описание: На сутки любое Ваше заклинание прямого урона, будет дополнительно восстанавливать ваше здоровье на 10 % от нанесённого ущерба.

Но действо ещё не закончилось. Тёмные нити полностью оплели палача, и несколько минут агонии окончились иссохшейся мумией у подножия алтаря.

— Еретик был прощён, и Кровавый принял его в чертоги свои. Возрадуйтесь, братья, ибо даже самые пропащие могут стать на пути истинные и быть приближены к Первенцу. — Пока я говорил, капли крови, пролитой на алтарь, вновь собрались в шар. — Теперь же, примем новых собратьев в наши сплочённые ряды. Подходите и возрадуйтесь благости покровителя нашего.

Ко мне потянулись новички. Окуная пальцы в пышущую силой кровь, я наносил метки одну за другой, пока не подошла очередь одержимых. Тут случилось первое отклонение. Подошедший ко мне первый сектант стал на колени, и из-за его спины словно выплыл призрак. Тень старого рыбака стала на колено рядом со своим симбионтом. Метки приняли оба существа, и отойдя от меня, они вновь слились в единый организм. Одержимые принимали метку вместе со своими духами-хранителями.

Последним шёл дворянин, присутствовавший на переговорах. Как только он стал на одно колено, от него отплыло неожиданное чёрное облако. Тень собралась в контур мужчины в строгом сюртуке. Призрак напоминал Светослава, и очень похоже, что это и есть тот «сородич», что ощутил мой маг. Метка на тень и одержимого легла совершенно особая. Кровь явственно собралась в вампирский оскал. Похоже, что это Кровавый шлёт мне привет, а вот собственно и сообщение: