Тише и тише свисты стрижей.

Две жизни, как две дороги кончаются.

Гибнут тела под клинками ножей…

Друг к другу, плечами дрожа, приникая,

Истекая кровью от ран,

Рушатся скалами в бурную Каю

Степан и несчастный Ханьян.

9.

Изодрано багульником свадебное платье.

Травы, то ли в росах, то ли в серебре.

Стоны, причитания, жалобы, проклятья…

Ищет Марья милого в чаще, на горе.

Постарела, высохла Марьюшка Синюша.

Годы пролетают, а она зовёт…

Может, это пение надрывное кукушкино,

Может, это прячется в ельнике удод?

… Только, вроде б, видели там, в бору зелёном,

Плачущую женщину, седую, как зима.

Улыбалась изредка Марьюшка влюблённым,

Потому что любит сотни лет сама.

СПЯЩИЙ ДРАКОН

(космическая поэма)

Я на сопке Кондо-хурэ,

Это «спящий дракон» в переводе.

В предрассветной июньской поре

Мои мысли о здешнем народе.

Мир нанайский, что пёстрый ковёр,

Где орнамент не прост, а со смыслом…

Душ открытых великий простор,

Над которым дорога повисла.

Поважней она всех дорог,

Не большак на селе, не тропина.

Млечный путь по небу пролёг,

Где миров и созвездий лавина…

Я по сопке Дракона иду,

В полумгле слышу птичьи стоны.

Вижу, небо роняет звезду

В бор сосновый, за сопкой сонной.

Много в мире непознанных мест…

А Кондо, словно сопка счастья.

Здесь целуют своих невест,

Чтоб жениться на них в одночасье.

Здесь шаманы в далёкий край

Провожают усопших души…

Для нанайцев Кондо, что рай,

Даже звезды здесь можно слушать.

Происходит немало тут.

К изголовью Дракона порою,

К добрым духам люди идут,

Что рождались Кондо-горою.

Звуки праздников летних дней

От Кондо летят в небосводье.

Никогда и никто по ней

Просто так, без причин не ходит.

Чудо-сопку от бед храня,

Старичок и старушка – гномы

В этот раз не прогнали меня.

Мне Драконья сопка знакома…

Я присел на поваленный ствол,

Чтоб увиделось то, что незримо.

Как я долго к Истине шёл,

Что не понята, не постижима.

Скрыты в прошлом тысячи лет…

Затерялся в преданьях древних

Гром небесный и яркий свет,

И огонь, опаливший деревья.

Не откроется все «от и до»…

Но свершилось на сопках зелёных

Приземленье большого Кондо,

Огнедышащего дракона.

По легенде, сквозь облака,

Прилетел он, устал, похоже.

За веками ползут века.

Сопкой став, он взлететь не может.

Но куда ему было лететь

В тяжких бедах Вселенского Света?

Возвращаться туда, где смерть

Уничтожила их планету?

Возвращаться в тот край, где ад,

В мир, кометами опалённый.

Не вернуться они назад?

Их уже под землёй миллионы.

Я улетаю, спешу в далёкие дали веков, в мир, где реальностью были легенды, волшебные сказки, в память ушедших отсюда былых стариков. Тайна всемирная не для всеобщей огласки. Я отправляюсь в извечный знакомый полёт. Ведомо мне, что от скептиков ряженых скрыто. Дождь светлых мыслей надежды людские польёт. Вечно живые они и никем, никогда не убиты.

Семь тысяч лет назад, в час перемен,

Решил Кондо на Землю опуститься.

А видел гуманоидов Нэцэн,

Шаман, чьё имя означает «птица».

Он в бубен бил и так встречал рассвет,

Вёл с духами беседу непростую.

Просил спасти их стойбище от бед,

И проводил он время не впустую.

Богатым был у рыбаков улов,

Охотники успешно били зверя,

К Нэцэну люди шли, не тратя слов,

Всегда, во всём шаману сердцем веря.