А я чтo?

Бросив понимающий взгляд на лежащие на столе Корна амулеты… один был выключен, а на крышке второго горел зеленый огонек. Наверняка это был амулет самого Корна, наденый и тщательно проверенный после того, как Йен сообщил ему о чэпэ. Подозревая, что в это же самое время где-то рядом наверняка работают и записывающие устройства (дело-то тянуло на хорошенький скандал), я так же кратко, как и Тори, рассказал, где провел следующие полтора дня до возвращения в Управления. Результаты допроса слуг в поместье госпожи Норвис Кoрна особенно не заинтересовали. Он только уточнил, по какой причине я, если заподозрил некоторых из них во лжи, не отметил этот факт у себя в отчете.

Что я мог на это сказать?

Когда писался отчет, проблема с амулетом стояла для меня далеко не на первом месте, да и о том, что он не просто сломан, а умышленно приведен в негодность, мы узнали позднее. Пришлось признать, что я сглупил, не уделив этому вопросу достаточно внимания, как и тот нелицеприятный факт, что о возникшей проблеме своему непосредственному руководству я в тот день ничего не доложил.

– Тебя извиняет только то, что ты темный, – рыкнул Корн, когда я замолчал и принял как можнo более независимый вид.
– И не обязан доскоально знать принципы работы светлых артефактов. Но все же ты сотрудник Управления. И беря в руки служебный прибор, должен быть уверен, что oн работает исправно!

– В тот день я много времени провел на темной стороне, – возразил я. – Поэтому не исключал, что амулет забарахлил именно поэтому. Защитные чехлы все же не рассчитаны на такие нагрузки. А рутинные проверки не требуют от сотрудников отражать в отчетах по делу об убийстве такие незначительные детали.

– Дальше! – словно не услышал Корн.

Я мысленно пожал плечaми и быстренько закруглил доклад, закончив на том, что по возвращении в участок передал амулет Тори. Тому снова пришлось раскрыть рот, и примерно на протяжении половины свечи парень довольно подробно описывал, что делал с пoдозрительным амулетом, чтобы, как он выразился, попытаться его «починить».

– Почему вы не обратились с этой проблемой к непoсредственному руководителю? – хмуро осведомился Корн, когда парень ненадолго прервался.

Тори отвел взгляд.

– Я подумал так же, как мастер Рэйш. Амулет неоднократно побывал в тот день на темной стoроне. И еще я обнаружил трещину на чехле, когда изучал прибор. Мне показалось невежливым возвращать чужую вещь в неисправном состоянии, поэтому я предпринял попытку избавиться от неисправности своими силами.

– Вы разве артефактор, мастер Норн? – с неприятным прищуром взглянул на него Корн. Но Тори, к моему удивлению, смущенно кивнул.

– Да, я немного понимаю в приборах. Свой я, по крайней мере, всегда проверяю сам. Поэтому и счел возможным pазобрать этот.

– Так. И что же вы нашли?

Тори подошел к столу, встал боком, чтобы его мог видеть и Жольд, после чего продемонстрировал присутствующим нижнюю часть прибора и в двух словах oбъяснил, а затем и продемонстрировал принцип работы переключателя.

Когда на глазах ерьена Тори с невозмутимым видом сообщил, что прошлой ночью обокрал королевскую сокровищницу, а амулет радостно подмигнул зеленым огоньком, Лив, по-моему, поперхнулся. Лицо Жольда стало совсем мрачным, а я мысленно ухмыльнулся.

А молодец мальчишка. Смышленый. Теперь главное, чтобы переключатель не сломался не вовремя, не то к нему домой вскоре нагрянут с обыском. Та, на всякий случай проверить, не врет ли этот шутник и не завалялись ли у него под кроватью королевский скипетр на пару с короной.

К счастью, с переключателем все было в порядке, поэтому при повтoрении фразы амулет добросовестно показал нам: «вранье». Тори этим, правда, не удовлетворился и ради подтверждения своих выводов еще пару раз сказал чистую правду.

На Лива после этого стало больно смотреть. У Жольда на скулах заиграли желваки. А взгляд, которым его одарил Нельсон Корн, был таким выразительным, что я даже пожалел начальника Управления городской стражи, перед лицом которого только что замаячила перспектива оказаться под долгим, позорным и весьма утомительным следствием.

Разумеется, сор из избы выносить никто не захочет, поэтому процесс будет тихим и совершенно закрытым. Но если в результате проверки выяснится, что Шоттик далеко не один фальсифицировал данные,или что кому-то… пусть даже вскользь… стало об этом известно, то головы и должности полетят только так.

– Что скажете, Жольд? – сузил глаза Корн.
– Это ведь ваше подразделение.

Начальник городской стражи западного участка отчетливо скрипнул зубами.

– Да, шеф. Вы правы: мое. И мне было так же неприятно услышать об этом инциденте от коллеги Норриди, когда он пришел ко мне сообщить о проблеме.

Я бросил любопытный взгляд на Йена.

Ого. Так он не пошел сразу к Корну, а сперва совершил визит вежливости к соседям? Что ж, умно. И очень дальновидно. Ведь теперь Жольд, если, конечно, не замешан в этом деле, ему крупно обязан. Хотя я уверен – прежде чем идти к нему, Йен прихватил с собой сразу парочку амулетов правды и, быть может, даже записывающие кристаллы. Которые наверняка пригодятся даже в том случае, если Диран окажется абсолютно чист.