— Как знаете…

Пока Шидо вел тойоту по направлению к Ноихаре, я отдыхал на заднем сидении. В пути пошел дождь. Похоже, начинается сезон дождей, как это время года называют местные. Химари так и ластилась ко мне, будто месяц не виделись. Бакэнэко слушала рассказ о наших приключениях: о побеге от Морского кнута Ноихары, странностях экзорцистов из великих кланов, сражении против кровожадной Ринко-зиллы. Шидо ржал в голос, когда я поведал про инцидент с очками Тсучимикадо и презент от отца, хотя до этого недовольно косился на бакэнэко, хорошо чувствуя ее чудовищную ауру. Маки натянуто улыбнулась. Может мне показалось, но Химари смотрела на охотницу как-то уж слишком враждебно.

— Отец! — младший Тсучимикадо преодолел пост охраны и прошел в помещение, где в одиночестве трапезничал глава клана.

— Айджи! Что-то случилось?

— Мне доложили, что ты воспользовался алтарем "скрытого послания" по найденным остаткам ауры кицунэ. Ты решил взять ее поимку в свои руки?

— Нет, сын. Я указал ей путь в Такамию.

— Что? Зачем?

— Так надо, Айджи.

— Я понимаю, Багровый клинок, но Юто ведь и правда лишь недавно начал постигать силы экзорциста.

— Ты недооцениваешь влияние изменений императорского указа. Если наследник Амакава погибнет, так будет лучше для всех.

— О чем ты говоришь?! Он ведь…

— Айджи! Ты должен узнать одну вещь. В смерти сына Генноске, Синити Амакава, виноваты некоторые из великих кланов. Наш в том числе.

— Почему? — взял в себя в руки молодой человек.

— Синити Амакава не подчинялся главе клана. Он нарушил императорский указ. Нам стало известно о более десятка его ручных аякаси, которые устраивали погромы в Китае. На скрытом совете кланов было принято решение о ликвидации.

— Мы можем поговорить с Юто.

— Бесполезно. Думаешь, мы не предупреждали Синити? Прошло всего семь лет, а его сын уже идет по стопам отца. Мы не можем допустить, чтобы шестой клан снова набрал силу. Кицунэ с они попались нам очень кстати.

— А как же наблюдатели?

— Они будут гарантией того, что на наш клан не падет подозрение. Надеюсь, ты не совершишь какую-нибудь глупость, вроде предупреждения Амакава?

— Нет, отец. Мне не нравится политика кланов, но я не буду вмешиваться.

— Думаешь, мне нравится? Ради общего блага приходится принимать жесткие решения, — тяжелым голосом произнес Шигеру.

— Мы вернулись! Лиз, Кайя, сготовьте нам поесть. На гостей тоже.

— Сию секунду, господин, — поклонилась горничная.

Оглянувшись, я заметил, что Маки-сан что-то скрупулезно строчит в блокноте. Воображение услужливо дорисовало уничижительные строки: "нецелевое использование аякаси".

— Эм-м, Маки-сан, можно узнать, что вы там пишете?

— Только правду, Юто-сан. Только правду.

— Знаете, на некоторых вещах лучше не заострять внимание…

— Это ведь цукумогами, да?

— Да, дух чашки.

— Заставляет цукумогами чашки наряжаться в костюм служанки… — холодным тоном произнесла девушка, записывая.

— Сжальтесь, Маки-сан. Может, вы хотите телефон новый? Или сумочку там…

— Благодарю, Юто-сан. Современные аппараты мне не нравятся. Слишком плохо аккумулятор держит. К тому же быстро выходят из строя из-за сильной магии. Мне не нужны подарки. Зарплата экзорциста в Тсучимикадо позволяет жить на широкую ногу.

Пока я невесело размышлял над тем, что можно предложить неуступчивой охотнице, в холле особняка появилось новое действующее лицо со стоящими торчком пушистыми серыми ушами и виляющим хвостом:

— Хозяин-сама!!!

Я даже среагировать не успел, только руки поднял в защитном жесте. Гинко пулей пролетела разделяющее нас расстояние, но к моему огромному удивлению, пронеслась мимо меня и сбила с ног ошарашенного гостя. К чести охотника, он сначала потянулся за печатями, увидев несущуюся на него звериную аякаси, но в последний момент подавил порыв и просто постарался увернуться. Ему это не удалось, и снаряд из оками сбил Тсучимикадо на пол.

— Хозяин-сама!

Гинко принялась очень активно вылизывать лицо и руки Шидо-сан, и я порадовался, что Химари менее… слюнявая.

— Уберите ее!!! — взвыл охотник.

— Гинко, быстро отпусти гостя! — рявкнул я.

Видимо, какие-то правила поведения ей были привиты, поскольку волчица послушалась и отступилась от мужчины. Хвост оками радостно метался из стороны в сторону, а глаза преданно глядели на Шидо-сан. Экзорцист поднялся на ноги. Маки подала ему платок, и тот начал вытирать лицо.