Но день шел за днем, золото утекало за перевалы широкой рекой, а желанной гибели и всеобщей войны в Королевстве и прочих богопроклятых летающих островах не было. Были лишь бесконечные доклады о тайных победах и обещания “вот-вот” получить желаемое. И как холодный душ финальный отчет: у соседей бардак, товаров за бесценок больше нет и главного агента вроде как прирезали. Или в печке сожгли. Одним словом - местные помощники ждут ценных указаний и без очередных щедрых финансовых влияний не готовы даже навоз на продажу приволочь. То есть вроде бы как уже и то самое “вот-вот”, а вроде бы как и все плохо, пора срочно спасать положение.

Надо отдать должное, решение приняли просто в кратчайшие сроки. За три дня нашли виновных в сложившейся ситуации, перетасовали бесконечную когорту помощников и их заместителей, выслушали доклад генералов, назначенных в экспедиционный корпус. Попутно объяснили императору, почему за далекими заснеженными горными пиками ждут в слезах смелых освободителей. И закончив с бумажками отправили первые отряды в поход. Ведь если нет возможности купить что-то нужное и золота в кармане почти не осталось, то самое время заглянуть к соседу и выскрести все ценное из его кладовых. А дальше будет видно, кто следующий для визита в гости. В любом случае, план оставался прежним. После уничтожения столицы Королевства и скопившихся там аристократов вся система сдержек и противовесов у еретиков должна была посыпаться. Выбив сильнейшего игрока с поля можно было потом за год-два додавить остальных. Или временно объявить их вассалами, получить неплохие откупные и отодвинуть окончательное решение вопроса на будущее. Главное - сломить хребет самому опасному противнику. Дальше будет уже легче.

Многократно отработанная процедура скрипнула бюрократическими колесами и двинулась по накатанной. Помчались по гарнизонам гонцы, заблажили на перекрестках городов вербовщики. Распахнули пыльные склады интенданты, выдавая под роспись битые молью накидки и бурые от ржавчины железки. Кадровые чести формировали костяк будущей армии, добирая по дороге ополченцев и нанятых бродяг, готовых ради обещанного будущего счастья рискнуть головой. Первоначальные три тысячи пехоты и тысяча лучников медленно разбухали, двигаясь ближе к границе. И вскоре через расчищенные от снега перевалы потянулись караваны будущей армии победителей. Тысячи и тысячи имперцев, которые волокли на своем горбу припасы, палатки, котлы и гору разнообразного железа. А с другой стороны их уже встречали на заснеженных полях широкие безразмерные баржи, которые пригнали из Туманных провалов. На одну вполне можно было втрамбовать тысячу головорезов. Пять кораблей - ударный отряд со своим командованием. Четыре отряда - полноценная армия в двадцать тысяч бойцов. Четыре армии - корпус вторжения. Обещанные сто тысяч наскрести не удалось, но и восьмидесяти вполне хватит, чтобы стереть с лица земли любого противника. И вся эта масса народу текла бесконечной рекой к месту посадки, подтягивая с собой провиант, забитый различным барахлом обоз и тысячи нахлебников в виде скупщиков краденного, проституток и любителей погреть руки на любой войне.

Самое страшное в этом медленном движении было не количество задействованных людей. Самым страшным была невозможность развернуть запущенную машину обратно. Если эту армаду спихнули со склона, то теперь она двигалась вниз и не могла остановиться, не выполнив предначертанное. Все это скопище саранчи в человеческом облике должно было долететь до выбранных земель, поработить местное население и осесть там, образовав новую имперскую провинцию. Только так и никак не иначе.

И пока генералы изучали карты чужих островов, огромная живая змея гремела оружием, проедала припасы и стягивалась к выбранному месту погрузки. Все новые баржи прибывали, ставились на прикол, обживались и готовились к массовому вылету. А далеко-далеко на металлических листах с буквами заплясали рунные камни, выбивая везде одно и то же:

“Империя выдвигает войска. Окончательный сбор и вылет назначен через месяц.”

Крепкая мужская рука сгребла с разложенной карты россыпь цветных камушков и ссыпала в подставленный горшок:

– Ты уже какой вечер сидишь над этой головоломкой и не можешь найти решение. Мне кажется, это уже твоя навязчивая идея, тысячная попытка пробить головой каменную стену.

– Я всего лишь хочу поставить точку в затянувшейся войне, - закутавшаяся в меховое покрывало Алрекера устало откинулась на сваленные рядом подушки.
– Когда мы грызлись с Барбом, мечтала лишь о передышке. А сейчас хочется задавить новую гадину в ее гнезде до того, как очередные абордажники начнут обстрел наших деревень.

– Может быть, стоит посмотреть на проблему с другой стороны?
– предложил Фамп-Винодел, присаживаясь рядом.

– С какой? Столицу прикрывают два полка. Да, там сборная солянка, но Ягер отлично справился с заданием и смог собрать необходимые сведения. По всем расчетам мы уничтожаем и сторожевой флот, и громим их пехоту. Но при этом все равно понесем невосполнимые потери. Даже с теми недоделками, которые они называют “громыхателями”, нас прилично умоют кровью. Настолько, что любой из оставшихся вне схватки соседей зайдет на Тронные острова, как к себе домой.

– Вот я и говорю, давай поступим нестандартно. Ты упорно цепляешься за военное решение проблемы. А твой любимый ловец ветров привез нам интересную весточку. И обещание, что в случае помощи с защитой от Империи мы получим настоящий и долгий мир с Королевством. В Боргелле ведь не только король. Там полно людей, кому действительно надоело тратить силы и средства в бесконечных драках на границе. Они сами балансируют на грани. И против новой чужой угрозы не выстоят в одиночку.

– Ты им веришь?

– Я верю в силу оружия. Свои границы от любой местной атаки мы защитим. Но проблема в том, что новые враги сожрут нас поодиночке. Да, они заплатят за это дорогую цену, но по частям задавят всех. Именно так, как и хотел поступить Барб.

– Значит, простить?

Обняв любимую, Фамп вздохнул:

– Прощение не в привычках “сыроедов”. Да и другие народы тоже предпочитают при первом удобном случае достать засохшие скелеты из сарая и начать вспоминать, кто и в чью сторону плевал на досуге... Помнить надо. Но если мы хотим быть сильными, надо принимать выгодные всем условия игры. И сейчас главным условием я считаю объединение. Потом, лет через десять или пятнадцать мы можем подумать о старых обидах. Может быть, к тому времени мы подружимся. Или наоборот, наточим нож до бритвенной остроты, чтобы вскрыть им глотку. Я не знаю. Но время играет на нас. В любом случае... Ругир говорит правильно: мы сможем возродиться через молодых. Лучшие мастера будут у нас. Грамоте постараемся обучить почти каждого, значит, смогут написанные им книги осилить. Новые интересные штуки из артефактов. Новые корабли. Новое оружие. Мы только начали разбег с горы и нам нужно время, чтобы никто не смог нас остановить. Зато потом лавиной сметем любого, кто вздумает встать на пути... Давай постараемся получить эту передышку.