Шедареган немного помолчал, ожидая вопросов. Святые отцы хранили молчание. Тогда он перешел к заключению:

— И последнее, — он бросил выразительный взгляд своих желтых глаз вначале на Абримелеха и уже после перешел к остальным, глядя поочередно на каждого. — По благословению Его Святости, власть первоархипатритов в использовании КДВ против низших священников не будет безгранична. Мы не сможем применять «Карающую Десницу» против архипатритов, архидраков и заклинателей не своих братств… — это ограничение поможет избежать возможных недоразумений.

Храм Хвалы Создателю — усеченная восьмиугольная пирамида со стеклянным верхом, вмещавшая до десяти тысяч верующих — стоял в парасанге от патриаршего холма и в четырех стадиях от берега залива. Это был главный храм планеты, настоятелем которого был сам Патриарх. В храме собралась вся знать Азргона. Прихожане-мужчины стояли плечом к плечу в первых рядах. Места для женщин были позади мужчин, вдоль стен храма. В большие праздники, такие как в День Великого Очищения, совершаемые Патриархом богослужения снимались множеством видеокамер и транслировались по всем телеканалам и на экранах внутри всех храмов Агара. Таким образом, получалось, что службу совершал Патриарх, а священники на местах ему сослужили, совершая священнодействия и принося жертвы Очищения одновременно с первоиерархом планеты.

Богослужение зимнего Дня Великого Очищения отличалось от обычных, совершаемых раз в восемь дней жертвоприношений, когда на жертвенник возлагалась всего одна жертва, девушка. В Великие Дни Всевышнему приносились единовременно по восемь (летом) и по шестнадцать (зимой) жертв обоего пола — всего восемь юношей и восемь девушек.

Праздничное богослужение, как и всякая другая служба, состояло из чтения заклинаний и молитв, пения гимнов, приготовления жертв на алтаре и их заклания с последующим за тем разделением «святой плоти» между прихожанами, только совершалось оно с большей торжественностью и в атмосфере всеобщего праздника. После Великого Очищения повсюду начиналось всеобщее празднование: на площадях собирались толпы, на улицах ставились столы с угощениями, в домах устраивались оргии. После Великого Очищения разрешалось почти все.

Жертвенный алтарь — возвышавшаяся над мраморным полом на два араша черная каменная плита-восьмиугольник, лежал в центре пирамиды и был обнесен трехарашевым ограждением из сверхпрочного стекла. Заходить за стеклянное ограждение дозволялось только имевшим священный сан и жертвам (всякий дерзнувший подойти к алтарю подлежал смерти через четвертование на пороге храма). От входа в храм и до стеклянного ограждения оставался свободным широкий проход. По обе стороны прохода выстроился взвод одетых в парадные мундиры «святых псов». За «псами» стояли первые граждане столицы. Все ждали начала богослужения.

Несмотря на скопление народа, в храме было тихо. Лишь возбужденные вздохи наиболее ревностных прихожан, в предвкушении ожидавших начала обряда, слышались над собранием. Через прозрачную верхушку пирамиды-храма внутрь уже смотрели Аркаб и Нуброк. Свет солнц заполнял пространство храма, играл в гранях окружавшего жертвенный алтарь стеклянного ограждения.

Первыми в храм вошли двое священнорабов с кадильницами в красных одеждах.

— Трепещите в страхе! — возгласили они в два баса.

Следом за красными вошла пара священнорабов в фиолетовых ризах. В руках у каждого была жаровня с раскаленными углями.

— Вспомните о своих прегрешениях! — проревели фиолетовые.

За фиолетовыми вошли оранжевые:

— Близится Очищение!

— Всевышний Господь Единый ждет вашего признания и мольбы о прощении! — раздались истошные вопли появившихся на пороге храма зеленых священнорабов.

— Истинные Ангелы Его да будут сему свидетелями… — пропели желтые, вошедшие следом.

— …вашего раскаяния и покорности! — продолжили появившиеся за ними серые.

— Аркаб и Нуброк узрят вашу веру в Господа! — закончили священнорабы в белых одеждах. Им ответил хор стоявших вокруг стеклянного ограждения певцов:

— Истинно это так и есть!

Священнорабы, все кроме предпоследней пары, выстроились вдоль прохода, чередуясь с парами стоявших друг против друга «псов», серые же прошли к стеклянному ограждению и открыли имевшиеся в нем врата.

В тишине вошли семеро архидраков и семеро заклинателей: бормоча заклинания, священники прошли через открытые врата за стеклянное ограждение и, обойдя кругом жертвенный алтарь, снова вышли из храма, — позже они приведут к алтарю тех, на кого пал жертвенный жребий.

Потом в храм вошли архипатриты — одетые в более богатые, нежели у их предшественников, разноцветные ризы, расшитые символами древних церквей.

Старшие священники под пение гимна прошли к алтарю и остались там, чтобы прислуживать каждый своему первосвященнику. Вместе с ними за стеклянное ограждение прошли серые священнорабы. Этим двоим, как представителям Братства, к которому до восшествия на престол принадлежал действующий Патриарх, по традиции выпала честь прислуживать главе Церкви и верховному правителю планеты, когда тот станет священнодействовать.