– Мы еще непременно сходим! – пообещала я.

– О’кей! – кивнул он и вернулся в гостиную досматривать мультфильм. Ханна поманила меня на кухню, где усадила за стол и разлила нам по кружкам горячий кофе.

– Выпей! – пододвинула ко мне кружку с нарисованным на гладкой поверхности «мальчиком, который выжил» [8] – любимая сказка и любимая кружка братца-кролика.

Я сделала глоток, обжигая горло. Скривилась.

– Что тебе сказали в больнице? – спросила тетушка.

– Ничего нового, – вздохнула я, радуясь хотя бы тому, что слезы перестали течь, хотя глаза нестерпимо щипало и жгло. – Томасу нужна операция, и чем раньше, тем лучше, но… – я запнулась, – у нас нет таких денег.

Ханна допила кофе и отставила свою кружку в сторону.

– Что будем делать? – спросила она.

Я посмотрела на нее. Уставшую, взрослую, но такую беспомощную и более слабую, чем я сама. Я хотела бы спросить то же самое у нее, но понимала, что Ханна мне в этом не помощник. Я благодарила Бога за то, что она есть в нашей жизни. По крайней мере, когда я уходила на работу, я могла не переживать из-за того, что Томас остается один. Она же водила его в школу и забирала из нее. Томас был самостоятельным, но после того, как он однажды упал в обморок, возвращаясь с учебы, Ханна и я решили, что будем его встречать. Но так как я, помимо пения в кабаке, еще и работала днем в кафе, хоть и через день, то в итоге обязанности по встрече брата легли на плечи Ханны, как, впрочем, и хлопоты по дому.

– Что будем делать, Алекс? – снова спросила меня тетушка, заметив, что я отвлеклась, задумавшись.

Я опустила лицо, борясь с желанием заплакать.

– Не знаю! – ответила честно. – Я хочу устроиться еще на одну работу, но боюсь, это просто не поможет! – Сумма на операцию была слишком велика. Где ее взять, я пока не имела представления, но знала, что должна все же найти эти деньги. Должна и найду!

– Алекс, Ханна! – подал голос Томас. – Идите ко мне, посмотрим телевизор вместе!

Мы с Ханной переглянулись.

– Идем! – проговорила она и первой встала из-за стола. – Я буду молиться и надеюсь, Бог меня услышит и поможет нам!

Я кивнула в ответ, хотя очень сильно сомневалась, что молитвы Ханны услышит кто-то, кроме нас с Томми. Хотелось верить, но не получалось. Но, несмотря на это, я поднялась со стула и направилась следом за тетушкой в гостиную, где, старательно улыбаясь, села рядом с братом и обняла его за плечи.

Вечер мы скоротали за просмотром канала мультфильмов, а уже после, когда Томас уснул, я сидела у его постели и молча смотрела на личико мальчика, думая о том, что не позволю болезни забрать его у меня.

Только что делать дальше – пока не знала, и от этого на душе скребли кошки.

Уже несколько дней были проведены впустую. Те певцы, которых нашло агентство, не подходили по голосовому стандарту. Они и в подметки не годились Джареду, отправившемуся на лечение в Европу.

Рид не находил себе места. Он не мог спать, не мог есть и думал только о том, как и, главное – кем, заменить вокалиста «FA», потерявшего голос накануне важных мероприятий и записи новых песен. Сроки поджимали, времени на поиски оставалось всё меньше… да если говорить честно, его почти не было!

Что делать, он не знал, впервые в жизни чувствуя себя до отвращения беспомощным.

Звонок Лероя заставил Рида немного отвлечься, хотя первый вопрос, который задал его друг, касался поисков подходящей замены Джару.

– Еще не нашли! – вздохнул Николас в телефон.

– Давай пообедаем вместе, – предложил Мартин, – тебе надо отвлечься!

Он совсем забыл о том, что взял для друга номер телефона той певички из кабака. Дела закрутили, завертели в своем сумасшедшем колесе. Да и сам Рид не вспоминал о девушке, голос которой, казалось, еще совсем недавно пленил его слух в дешевом захолустном кабачке на краю города.

– Я не против! – согласился Николас. Он понимал, что друг прав. Ему стоит отдохнуть и выговориться. А доверять он мог лишь Лерою.

– Давай через полчаса в «Сафари»! – предложил Мартин.

– Я буду! – ответил Рид, завершая разговор.

Предупредив секретаря о своем уходе и попросив временно не звонить ему на мобильный и не беспокоить, Николас Рид вышел из кабинета и на лифте спустился в фойе. Прошел мимо охранника, коротко кивнул ему, скользнул в саморегулирующиеся двери и оказался на тротуаре. Предупрежденный сотрудник охраны уже подогнал машину Николаса и припарковал ее у входа.

Ключи перекочевали в широкую ладонь владельца. Опускаясь на мягкое кожаное сиденье авто, Рид думал только о том, как ему найти третьего, пусть и временного солиста для своей группы.

Пока идей не было. И это заставляло его беспокоиться.

За пять минут до оговоренного срока Рид парковался на стоянке для гостей, расположенной неподалеку от «Сафари». Выбираясь из машины, он продолжал думать, в мыслях перебирая тех молодых мужчин, которых агентство представило на прослушивании.

«Вдруг я что-то упустил?» – спрашивал себя продюсер и понимал, что нет. Не упустил абсолютно ничего. Подходящего голоса он не услышал. Не нашел. В зале ресторана, обставленного соответственно названию в африканском стиле, играла легкая музыка. Метрдотель провел Рида к столику и оставил меню, а затем молча удалился, предоставив постоянному клиенту время ознакомиться с меню. Николас не спешил. Он ждал появления Лероя, и тот явился без опозданий, пунктуальный, как немецкий служащий. Кивнул еще от дверей и приблизился к столику. Расторопный официант поспешил подать второе меню и отошел на некоторое расстояние – дожидаться, пока господа сделают выбор.