Правая рука пошла по широкой дуге, встречая лицо противника ребром ладони со стороны большого и указательного пальцев, короткая подсечка и враг валится навзничь. Я замахнулся, чтобы добавить ему от души еще и сверху, заодно и ножик забрать, но властный окрик остановил.

– Стой! Не балуй, паря! Отойди от Петруся!
– помутневшим взглядом я поймал в фокус говорившего - второго из приехавших мужиков. Меня капитально колотило, но свирепый, злой до невозможности настрой не оставлял. Хотелось чего-то страшного, зверского. К чертовой бабушке зарезать этого урода или поставить крест ножом на его лбу, чтобы знал - кто тут хозяин. Мужик, словно почуяв мой норов, потянулся к кобуре, опа, а я и не заметил, что он при стволе. Лады, тогда отбой пока.

– Слышишь меня или совсем очумел? Ты зачем на парня накинулся?!
– Спокойно, но с напором продолжал второй.

– А, - вдох-выдох, - пущай не лезет и за грудки не хватает, - без капли сожаления взглянув на поверженного мной противника, ответил я. Парню приходилось плохо. Дышал он с надсадным хрипом и то через раз, на лице кровь - видно нос я ему разбил.

– Очухается, вон здоровый какой, - а у самого мысль стукнула в темечко ' А ведь теперь просто так не разойтись, надо за винтарем валить'.

– Не, так дела не делаются, не по-людски. Егор, - второй обратился к невидимому мне хозяину дома, - нехорошо выходит. Дом твой, обидели дружка моего, тебе и разбираться, а то и до большой крови дойти может.

Я стараясь не оставлять вне поля зрения обоих мужиков прошел на крыльцо мимо Михалыча, бросившего на меня задумчиво-отстраненный взгляд. В сенках быстренько отыскав винтовку, хотел взять ее, как в голову шарахнуло - это зачем мне винтовка? Я что - людей убивать собираюсь? Совсем нюх потерял? И где тот мирный чел, который всегда предпочитал решать дела миром? Елки-палки!

Я оставил оружие на месте, а сам, приложив немалое усилие, ноги вдруг налились тяжестью, снова вышел на крыльцо. Картинка за те секунды, что меня не было, разительно изменилась. К парню подошли девушки и старались ему как-то помочь, Михалыч и второй стояли рядом, тихо переговариваясь. На душе стало паскудно, получается все против меня, а почему? Разве я первым напал?! Я только защищался от унижения! Торопиться решать и говорить не к месту вроде, так что помолчу пока.

И, правда, не прошло и десятка секунд, как Михалыч заговорил.

– Вот что, Слава, дело не хорошее вышло. Вместо радости - горе. В наших краях в таком раскладе принято виру уплачивать, компенсацию ущерба, по-вашему. Есть у тебя чего стоящего?

Я растерялся - чего угодно ждал, только не этого.

– Нету у меня ничего. Вот винтовку ты мне сменял сегодня, а так - пустой. В городе...

– За город разговору нет. Раз так - отдашь мосинку Петрусю. Добрая винтовка, с оптикой, из моей оружейки - запас старый.
– Пояснил в ответ на вопросительный взгляд второго Егор.
– Быть по сему!

– Нее, так дело не пойдет. Этот гад меня же из нее и грохнет в ближнем лесочке, я че по вашему, дурной совсем? Да и вообще - это он мне должен виру, он первым напал и оскорбил!

– Решение принято, обсуждать нечего! Плати виру и помиритесь меж собой.
– Настойчиво потребовал наш хозяин. В словах его ясно ощущался приказ и сила не малая, с таким не поспоришь...

Обида во мне такая проснулась, что аж свет белый застило. Зубы заскрипели, кулаки сжались и в сердцах я выкрикнул:

– Да подавись ты ей, гад! Что б тебе!
– И махнув рукой, я рванул назад в сени, ухватил ствол и рюкзак и выскочил во двор. Не глядя, сунул в руки второго ствол и зашагал из 'гостеприимного' дома прочь.

Шел я зло костеря на чем свет стоит всех - быков, Егора, мужиков этих долбанных, друзей, которые пропали в самый важный момент. И только ту девушку язык не поворачивался помянуть злым словом.

Все! Хватит приключений! Несбывшееся - это до поры до времени интересно, а как прижмет - мало не покажется, надо выбираться к людям, к привычной жизни мегаполиса, в родную трехкомнатную квартиру. Только как все это далеко... Машинально вытащил сотовый, посмотрел - все тоже самое - сети нема.

Издали донеслись голоса, - 'Стой! Славка, погоди!'. Знакомые такие голоса. Товарищи бодрой рысью догоняли меня.

– Ты куда рванул? Не мог толком сказать, что уходить собрался, а винтовку чего не взял? Забыл?

Это Валерка, Микулин отмалчивается и только смотрит эдак понимающе, а в руках, что характерно, по рюкзаку - успел прихватить и свой и Бобровский - шустрила.

– Эх ты, ловец событий в объектив, профигачил такие кадры! Короче, рассказывать ниче не буду. Просто решил уйти сразу, поперек горла мне их гостеприимство и законы пополам с культурой деревенской.