– Да что ж это. Вот стоишь ни сном ни духом, воду набираешь. А тут вот такой увалень сзади подкрадывается и пугает. Ведро вот упало в колодец. Если сорвалось с крюка сам полезешь за ним доставать.

– Полезу я, полезу, - добродушно сказал я ей.
– так что, красавица, польешь водички, поможешь умыться.

– Полью, почему не сделать доброе дело.

– А как зовут тебя. Меня зовут Аластор.

– А меня Уной прозвали матушка с батюшкой.

– Уна. Хорошее у тебя имя. Оно тебе подходит и мне нравится.

Тем временем я подошел к колодцу и заглянул внутрь. Мне повезло, что ведро с крюка не соскочило и лезть за ним, чтобы достать, мне не придется. Легко пару ведер для себя. И снял с себя рубаху.

Уна стала лить мне воду на руки, а я с удовольствием и фырканьем умывался. Когда закончил водные процедуры, потянулся за рушником и стал вытираться. Смотрю, а Уна то вон вся раскраснелась, глаза горят, щеки полыхают, дышит учащенно, мою рубашку схватила, руками мнет. Благо кроме нас никого у колодца, а то бы ей потом проходу бы не дали.

– Спасибо тебе, красна девица, спасибо тебе Уна за помощь. Пойду я наверное, а то дел у меня еще много.

– Ты уезжаешь сегодня?
– как-то обреченно глядя мне в глаза почти прошептала она.

– Нет Уна, не сегодня, сегодня я еще здесь буду, мне подготовится надо, а вот завтра поутру, по солнцу, поеду в путь неблизкий, да по делам опасным.
– что-то меня понесло куда-то.

– А где же ты живешь, я тебя раньше на нашей улице не видела. У кого-то на постое?

– Да нет, Уна. Я вот в доме где раньше Стомир живу. Раньше его был, а теперь вот мой стал.

– Так это ты тот самый рыцарь, что спас всех нас от нежити.

– Ага. Тот самый и есть.
– я расправил плечи и весело посмотрел на нее.
– А что, не заметно?

– Ох, Аластор, заметно, еще как заметно, - она покраснела снова.
– Правда описывали тебя немного по другому.

– Ну так я там в доспехе был да на коне моем боевом, - и стал надевать рубаху. А Уна, смотрю, с меня глаз не сводит.
– Ладно, Уна, пойду я потихоньку. Дела.

И повернулся, чтобы уйти.

– Может сегодня на лужок придешь вечером? Отсюда недалеко. Там ребята да девчонки собираются. Посидишь с нами, расскажешь где бывал, что видел, сейчас то уж не страшно после того как ты с нежитью справился - с какой-то наивной надеждой спросила она.

– Уна, по нраву ты мне, да только не знаю. Буду еще в деревне так и приду…

Придя домой, я решил позавтракать, а заодно испытать вчерашний подарок. Расстелил скатерть на столе и:

– Меню

Перед глазами появился список блюд. Очень длинный список. Так как было утро я решил позавтракать и недолго думая выдал:

– Гречневая каша с маслом, молоко и хлеба. Тоже с маслом.

Глазом не успел моргнуть, все стояло передо мной. Горшок каши с маслом парил, молоко было холодным из ледника, хлеб мягкий и ароматный и масло. Ух ты, какая вкуснотища. Пришлось скатерть напрячь еще раз попросив добавку.

После завтрака собрался, приоделся, оседлал Бурю, задал Резвому и Першерону корм, налил в поилку воды и направился к старосте. Чем ближе я подходил к главной площади, тем больше было сожженных и разрушенных домов, кое-где по пожарищам ходили люди, видимо пытаясь найти хоть что-то из своего скарба. Где-то даже развалины еще дымились, благо что трупы уже убрали. На самой площади, где у меня был бой с демиличем уже ничего не говорило о том, что здесь были принесены в жертву сотня человек. Сама пентаграмма была затерта, а место где она располагалась было как то странно оплавлено. Практически все здания, вокруг площади сгорели, в воздухе стоял смрад от кострищ. У какого мужика, проходившего мимо я спросил где могу найти старосту. Тот сначала поклонился мне узнав, потом махнул рукой в направлении постоялого двора:

– Да на постоялом дворе Талоса он сейчас. В “Серебряной кружке”, лэр рыцарь.
– и пошел себе дальше.

Вот оно как. Ладно. В любом случае старосту мне надо разыскать. С этой мыслью я направился к Талосу…

Трофимия я нашел все-таки не “Серебряной кружке”, а на полпути туда. Он с Велимиром как раз шли мне навстречу и что-то обсуждали между собой. Увидев меня они остановились. Я подъехал к ним и спешился. Мы поздоровались.

– А вот и наш герой, - староста тряс мне руку.
– Здравствуй, Аластор.

– Мы вот с Велимиром, - он кивнул на стоящего рядом хмурого полусотника, - как раз о тебе разговаривали. Ты как, определился с тем, когда уедешь?

– Здравствуй, Трофимий, здравствуй, Велимир.
– Пожимая руки обоих.
– есть вот дела. Да, уезжать мне надо. Мне теперь в столицу вот надо. Вот дом продам и поеду. Кстати, уважаемый Трофимий, помнится мы с вами как-то разговаривали по этому поводу. Вот. Снова хочу вернуться к этому разговору.

– Хорошо, Аластор. Договорились. Я тебе подыщу покупателя для дома. Дай мне пару дней. А сам пока отдохни.