Но, к сожалению, это был не сон. Мозг подкинул Вите идею, и он медленно, выбирая слова, на ходу доводя эту мысль до реального решения, начал говорить:

– В детстве я ездил в детский лагерь, недалеко от города. Там рядышком было озеро. Довольно глубокое само по себе. И в этом озере все знали про страшный омут, рядом с берегом. Конечно, не рядом с лагерем, но мы знали о нём. Там утопали часто. И пьяные, и трезвые, и дети, и взрослые. И даже водолазы ныряли, чуть ли не до самого дна этот омут обшаривали, но безрезультатно. Никого найти не могли. Точно знали, что там утопленник, ныряли, смотрели, искали - всё без толку. Этот омут и ограждали, и исследовать пытались, но так ничего и не выяснили. Люди будто бы в чёрную дыру проваливались. Не знаю, что там, на самом деле. Может, подводная пещера, или глубоководное, сильное течение, или ещё какая чертовщина.

Мы с пацанами ходили туда. На понт друг друга брали, чтобы у этого омута поплавать и занырнуть поглубже. Все боялись - кроме одного, самого отчаянного. Илья его звали. Он решился, доплыл туда. Мы с парнями на подстраховке. "Ну и чё? Ссыкуны! Нормально тут всё!" - он нам кричал. Ну тут некоторые давай дальше подначивать: "А ты занырни, да поглубже. Давай, давай!" Балбесы малолетние... Илюха раз под воду - и всё...

Сначала думали, что прикалывается, пугает нас, но время шло, а он всё никак не всплывал. Все сразу всполошились, за ним бросились. А я вот испугался. Честно говорю, - не полез туда. Даже наоборот к берегу начал подплывать понемногу. Уже думал: "Ну всё, зачморят, трусом станут обзывать". Смотрю, все ныряют, то один, то другой выныривают, кричат: "Помогите!". А я как будто окаменел. А что вы хотели? Первый раз в лагерь поехал, мне лет девять-десять всего было тогда. Я ещё быстрее к берегу припустил.

Короче, не нашли тогда ни Илюху, ни Лёху. Смену на неделю раньше закончили, все по домам разъехались. А до этого все пацаны, кто смог выплыть, кошмарами страдали, с лица спали, говорить об этом боялись. С тех пор мне было страшно в этот лагерь снова отправляться. "Только не к омуту, только не к омуту" - так я думал, когда в следующие годы кто-то звал в других, не лагерных местах покупаться.

– Не везёт тебя с лагерями, Витя, - с усмешкой, которая отразилась в зеркале заднего вида, и от которой Виктору захотелось немедленно развернуться и ударить друга в лицо, произнёс Андрей. Он понял, на что тот намекал, и волна презрения, злобы и раздражения захлестнула Витю. "Что ты несёшь? Зачем сейчас начинаешь об этом?" - Да, точно. Я помню, как ты об этом рассказывал. Правда о том, что к берегу сразу барахтаться начал, решил умолчать.

– Заткнись!
– рявкнул Виктор. То сокровенное, чем он поделился со своим другом, потревоженное упоминанием и усиленное стрессом, начало всплывать беспорядочными образами в голове. Обидней всего, что он рассказал свою самую страшную, тайную и старательно укрывавшуюся в недрах памяти историю другу, - а теперь её знал сумасшедший маньяк-убийца с раздвоением личности, который сидел на заднем сиденье его машины и издевательски скалился. "Он что думает теперь, будто имеет власть надо мной, если знает об этом? Нет уж, мразь, не смей сейчас даже заикаться о той истории!" Витя потянулся к поясу, нащупал подбадривающую твёрдость рукоятки пистолета Кати, и желание незамедлительно воспользоваться им вспыхнуло в сознании. Только страх, что Андрей с ножом окажется быстрее, заставлял Витю сохранять контроль над собой.

– Да ладно тебе, успокойся. Я не в том смысле, просто... Место может быть и подходящее, но у трупов есть свойство всплывать. Даже изо всяких загадочных омутов. Да и как я понял, до этого омута нужно доплыть через ледяную воду. Лично я - не полезу. А рассчитывать на "авось", тоже как-то неправильно. Да и вообще, идея сомнительная, как по мне. Но, кажется, я придумал кое-что подходящее.

– Ну да, кому как не тебе знать, как избавляться от трупов?! Что, его тоже разденешь и цифру на нём нарисуешь?
– сквозь зубы, стараясь говорить максимально едко, поинтересовался Виктор.

– Что ты имел в виду, говоря "я не в том смысле"? Ну, про "не везёт с лагерями"?
– неожиданно втянулась в диалог Катя, обращаясь к Андрею.

– Да ты вообще заткнись! С тобой ещё вопрос не решён. Может, вместе с братом тебя отправить?!
– проорал Виктор Кате. Потом обратился к Андрею.
– Давай, рассказывай, что у тебя на уме?
– Попутно он завёл машину и тронулся в неизвестном направлении.

– А что, я тебе уже надоела? Ну давай, остановись и сделай это! Андрей, дай ему нож, этому "Рэмбо" недоделанному! Как же я устала от вас! Давай, останавливай машину, ублюдок! Что, кишка тонка? Ох, ради Олечки убью всех! Ну, давай, действуй!

– Заткнись, сука! Ты и так на волоске висишь! Что, зубки прорезались, шлюха?!

– Кто шлюха, ты, гандон?! Давай выясним отношения, чего ты? Куда ты едешь, мразь? Ну, раз начал, иди до конца? Ой, я забыла, - у тебя же яиц не хватит. Думаешь, я тебя испугаюсь, долбанный алкаш?! Давно уже понятно, кто рулит ситуацией, и это явно не ты!

– Да ладно, сука! Давай проверим!
– Виктор, повинуясь своему всепоглощающему гневу, утопил педаль газа вниз до упора, игнорируя все правила дорожного движения и непогоду, он мчался вперёд, прочь из города. Ему безумно хотелось на полном ходу влететь во что-нибудь, заставив тем самым её замолчать. "Всё понятно. Теперь всё ясно! Они сговорились! Эта шлюха провоцирует меня, чтобы я сделал глупость, и её хахаль меня прирезал. Ну уж нет! Помирать, так с музыкой! Да пошли они!"

– Куда гонишь, идиот?! Мы же разобьёмся!
– визжала Катя, наблюдая, как стрелка спидометра поднималась всё выше. Беспомощно она поглядывала на Андрея, ожидая от своего нового, мощного союзника хоть каких-то действий. Тот продолжал сидеть с каменным лицом, не отражающим ни единой эмоции, и безучастно наблюдал за всем происходящим.

– Мама, я без рук!
– крикнул Витя, убрав руки с руля, чтобы достать пистолет и направить его в сторону девушки, которая мгновенно замолчала.
– Что, ублюдки, не ждали такого?! С меня хватит, пускай разобьёмся! Двумя выродками на свете станет меньше!