Мэрилин. Ты показывал фотографию: ему два годика, он сидит на горшке и сосет палец. Он с тех пор изменился?

Джонатан. Мм, Мэрилин, смотри… Я тебе честно скажу: я не знаю, чего надо говорить. Смотри, я тебе говорил: у меня там остался друг. Ты спросила: какой друг? Я тебе сказал: такой и такой. Показал фотографию.

Мэрилин. На горшке.

Джонатан. Ты сразу сказала: позови, Джонатан, друга в Австралию и покажи мне. Так было?

Мэрилин. Да, Джонатан… потому что мне, собственно… собственно, мне… говорили, я слышала: там, далеко на востоке, в России, сохранились еще неземные мужчины…

Джонатан. Да нормальный мужчина!

Мэрилин. Что-что, он – нормальный?

Джонатан. Две руки, две ноги, голова – из России!..

Мэрилин. А – как…

Джонатан. Он – нормальный!

Мэрилин. Но ты обещал мне, он будет – прекрасный!

Джонатан. Мм…

Мэрилин. Он – не прекрасный?

Джонатан. Мэрилин, подожди…

Мэрилин. Скажи, наконец, мне, какой он – я же прошу…

Джонатан. Подожди, дай сказать, я не знаю, ты прямо… Смотри: ты попросила – я его позвал. А теперь, когда я хочу тебе показать товар – ты меня спрашиваешь: а он, Джонатан, какой? А почему такой?

Мэрилин. Пожалуйста, не сердись, я все-таки женщина, мне хочется знать…

Джонатан. Он, Мэрилин…

Мэрилин (быстро). Что, Джонатан?

Джонатан. Ну, он, говорю, это… Как ты хочешь… Короче – прекрасный!

Мэрилин (буквально поедает Джонатана глазами). Ты шутишь…

Джонатан. Нет, точно, Антошка – прекрасный такой мужчина… Такой он, знаешь, прекрасный – по-моему, он даже чересчур…

Мэрилин (смеется). Скажи мне по правде, Джонатан, не смейся, я хочу знать, хочу быть готовой… Ну, я прошу тебя, прошу…

Джонатан (направляется к выходу). Был бы он женщиной, Мэрилин, – сам бы на нем женился и делал бы с ним детей, внуков, не дай Бог…

Мэрилин. Джонатан!

Он останавливается, тяжко вздыхает.

Ладно, не хочешь говорить – как хочешь. Я заказала для нас ужин в красивом ресторане. Это – хорошо?

Джонатан. Мм… Ужин – всегда хорошо. Меня тоже приглашаешь?

Мэрилин. Ну разумеется.

Джонатан. Хорошо. В каком ресторане?

Мэрилин. В русском. Подумала, ему будет приятно: приехал в Австралию – ужинает в русском ресторане.

Джонатан. Ну конечно, как будто и не уезжал.

Мэрилин. Нет, почему-то подумала: русский ресторан на набережной Мельбурна, красивая музыка, море и луна… В этом, мне кажется, что-то есть. А?

Джонатан (направляется к выходу). Хорошо, заказала – и заказала.

Мэрилин (вслед). Скажи – я могу отменить!

Джонатан. Да пусть будет русский – чо плохо!

Мэрилин. Все говорят, там неплохо! Я думаю, нам там будет хорошо!

Джонатан. Выпьем, закусим, выпьем…

Мэрилин. Постой, Джонатан, я забыла! Прости меня, только еще минуту…

Джонатан (устало). Ну, Мэрилин…

Мэрилин (протягивает ему чек). Чуть не позабыла – чек… Главное – я приготовила, и положила на видном месте, и все равно забываю… Не дай Бог, ты можешь подумать – я о тебе не подумала… На, на, ты будешь доволен. Ну, Джонатан?

Джонатан (морщится). Может быть, ты мне его отдашь – потом? Когда вы там – это… (Принимает чек, прячет в карман.) А то как-то это…

Мэрилин. Нет, Джонатан, я хочу, чтобы он лежал у тебя. Все же ты делал работу…

Джонатан (опять морщится, извлекает чек обратно). Мэрилин, нет, нехорошо: он – друг, ты – тоже…

Мэрилин (нежно касается его рукой). Дружба дорого стоит – ты сам говорил…