Шрифт:
Джая как будто вышла из-под гипноза. Она рассеяно моргнула и, тряхнув головой неуверенно произнесла:
– Ну, тогда моя совесть чиста. Вы хотели купить на те деньги, что я украла оружие.
– А ты можно подумать распорядишься ими иначе? – недовольно фыркнул я.
– Иначе…. – как будто сама себе пробормотала пиратка, - Ну, а с картами-то что??!! – вдруг опомнилась она.
– А вот это самое интересное.
– А вот с этого и надо было начинать… - заворчала Джая.
– С чего с этого?
– С самого интересного, - ухмыльнулась она.
Я ответил ей такой же ухмылкой и продолжил:
– Я пробыл на восточном побережье Варасты три дня и соответственно три ночи. Днем я занимался непосредственно своими обязанностями, а ночью изучал карты. И вот во вторую ночь, как только я раскрыл свитки, на них голубым свечением проявились координаты. Следующую ночь уже все исчезло.
– Вот, тритон тебя задери, что ж ты молчал то???!!! – подпрыгнула Джая.
– А ты не спрашивала, - лениво отбился я.
– Алекс, - она вдруг подскочила ко мне и присела на корточки напротив, - ты поможешь мне? Ты поможешь мне с поисками?
Мое сердце пропустило два удара, потом и вовсе остановилось, что бы в следующую секунду поскакать, как ненормальное по всему организму.
– Я подумаю… - выдавил я сквозь зубы, что бы казаться более спокойным.
– Но есть еще кое-что, что я тебе не рассказала.
Я приподнял бровь в удивлении.
– У камня по разным легендам и по моему собственному опыту есть Дух Хранитель – Сурта.
– Что значит по твоему опыту? – кажется, я опять куда-то влипаю из-за этой девчонки.
– Как-нибудь может быть, я тебе расскажу… - лукаво подмигнув, ушла от ответа на вопрос Джая.
Но в этом хитром кокетливом взгляде я увидел промелькнувшую скорбь. Всего на мгновение страшная жуткая боль выглянула из-под маски непринужденной лихой пиратки.
– Так вот, Сурта – это страшная безжалостная Тьма, сметающая все живое на своем пути, если ее потревожить…. И последние, у меня есть небезосновательные опасения, что камней несколько. А точнее четыре.
– Ну и что?
– А это значит, что и Тьмы тоже четыре.
*****
На следующее утро, проснувшись, я обнаружил Джаю на своем плече. Она мирно спала, прижавшись к моему боку. Обняв и притянув ее ближе, я в полном умиротворении снова закрыл глаза.
– Аааа, духи моря!!! – завопил кто-то мне на ухо, - Проспали!!! Прилив проспали!!!
Я вскочил и огляделся. Орала, как ни странно Джая. И как ни странно не по поводу совместно проведенной ночи, а по поводу того, что мы проспали.
– Да, нет же, милая. Успокойся, - начал я миротворческую деятельность. Но не тут то было.
– Какая я тебе к черту милая, тритон тебя дери!!!??? – продолжала истерику пиратка.
– Мда, действительно с утра ты не милая, - хмыкнул я.
– Пошути у меня еще, пират! – рявкнула она, - Бегом в лагерь!!! Шлюпки на воду!!! На весла!!! Полундра!!! Свистать всех наверх!!!
– Капитанша! – огрызнулся я и пошел в лагерь.
Прошлой ночью мы еще очень долго обсуждали, как и при каких обстоятельствах на картах появляются координаты. Потом разбудили и ввели в курс дела Воеводу. И нашим общим мнением стало, что всему причиной полнолуние, а вернее свет полной луны.
Ну а потом Джая уснула на моем плече, и мне пришлось остаться.
Меньше чем через час мы отошли на «Танцующей Гольфаде» подальше от острова и вышли в открытое море. Курс наш лежал на запад, так как я примерно помнил направление тех координат, которые видел на картах, прибывая на берегах Варасты. А дальше дело техники. Удача была на нашей стороне и сегодня первая ночь полной луны.
Чайка была милостива и освободила меня от работы и вахты, и вот я уже третий час сижу у нее в каюте, переводя древние книги.
– Ну что, как успехи? – поинтересовалась моя капитанша.
– Мучаю «Книгу душ» … хм, или она меня… - немного пошутил я.
– И как? – продолжала она отстраненно повторять свой вопрос.
– Пока никак. Сложности перевода. Такое впечатление, что одна глава, а писали ее разные люди на разных языках, но очень похожих. Или может на одном языке, но в разное время? Хотя… знаешь, что я думаю, все эти надписи сделаны с очень большим промежутком по времени, измеряемым веками. Все-таки это письменность одного и того же народа, на одном языке, но с разницей в несколько сотен лет. Это достаточно долго для того, чтобы древние языки успевали измениться.