И никогда…никогда больше не увидеть Александра.

С одной только этой мыслью я ничего не могла сделать, и мысль эта начала методично отравлять мое существование.

Воспоминая прошлой ночи, с одной стороны разъедали меня изнутри, убивая остротой и обреченностью. С другой же - отзывались томлением во всем теле и жаром, подкатывающим к лицу и горящем внизу живота.

При этом я понимала – мне мало. Я хочу большего… хочу с ним, хочу до конца…

Но я точно знала, что ни повторения, ни развития не будет. Что больше никогда в жизни не позволю себе так расслабиться и подпустить к себе так близко…

В самое сердце…

В самую душу…

Но перестать хотеть, причем хотеть именно его, была не способна. Во всяком случае, пока.

А хуже того, я уже не могла его не любить…. И с этим дело было еще сложнее…

– Что вы сегодня как-то особенно молчаливы, моя дорогая, - я не сразу сообразила, что Теодор обращается ко мне, - Что-то случилось?

– Нет, что вы, Ваше Величество. Все в порядке, - рассеяно, но вежливо проговорила я.

– А вы, Кларисса, отчего так бледны и не радостны? – переключил свое внимание на княжну король.

Омеро, как-то затравленно зыркнула на монаршего, и поджала губы.

Я поняла, что она не хочет отвечать, но игнорировать самого Короля нельзя. У княжны забегали глазки, но она по-прежнему молчала, видимо выбирая линию поведения. Потом всхлипнула, взяла в руки платочек и фальшиво начала причитать.

А вот от того, что она там причитала, у меня глаза на лоб полезли.

В общем, весь красочный и витиеватый рассказ, хорошенько приправленный всхлипами и слезами, сводился к тому, что ее возлюбленный принц Александр Раварта ее бросил. И бросил никак ни будь, а из-за другой женщины, в которую он влюблен. При этих словах Тео как-то уж слишком часто стал на меня поглядывать, что мне стало совсем уж не по себе.

Дальнейшие стенания княжны о том, как и когда она будет кончать жизнь самоубийством король, Слава Богам, прервал. Позвал придворного и приказал проводить госпожу Омеро в ее комнату, а заодно вызвать для нее королевского лекаря, что бы тот позаботился о бедняжке и прописал всякие успокаивающие ванны с лавандой, морские прогулки, может санаторий и все что нужно даме для сохранения душевного равновесия в столь сложной жизненной ситуации. За счет государственной казны разумеется.

Княжна просияла, но потом вспомнила, что она в печали и удалилась, промокая платком уголки глаз.

– Ммм…дас,- изрек король и почесал свою бородку, - Алекс не перестает меня удивлять.

– Мне казалось, Вы как брат должны знать его отлично. Неужели и для вас он загадка, - вырвалось у меня.

Теодор смерил меня хитрым взглядом и ухмыльнулся.

– Ну, вы же знаете, моя дорогая Джаянна, что Алекс мне не родной брат.

Я кивнула, а он продолжил:

– Александр, с тех пор, как появился во дворце и по сей день остается для меня неким ребусом. Видите ли, он очень противоречив, наверное, в этом его загадка. Причем противоречив для самого себя. Вот кто бы мог подумать, что, являясь сыном короля, он всего добился сам.

Нас, монарших отпрысков с детства учат, что у нас уже все есть. Не для того, что бы избаловать, а что бы мы с самого начала знали, что нам придется хранить, защищать и преумножать.

Александр воспитывался также, хоть и не был кронпринцем. И если бы не его решение, которое немало удивило меня, то мы бы правили страной вместе.

Но он, как принц, не претендующий на трон, пошел в королевскую морскую академию, учиться наравне со всеми, отказавшись при этом разделить со мной, так сказать, бремя власти.

В то время пока учился, он совершил немало благих дел для короны, да и был действительно самым умелым и толковым моряком. По окончании академии в первых же рейдах смог задержать немало пиратских шхун с контрабандой.

В 28 лет участвовал в битве при Вилано уже в звании капитана первого ранга. За успешную военную карьеру и заслуги перед короной Александр и получил звание контр-адмирала, командующего королевской эскадрой. Конечно, все это было благодаря его выдающимся способностям демона моря. Но так же и его нраву, выдержке, силе характера и одержимостью морским делом.

– Про кого ты так лестно рассказываешь? Не про меня ли?

Я обернулась чисто автоматически, или слепо следуя на источник гипнотически-чарующего голоса – не знаю. Но уже через секунду я попала в плен черных, смеющихся глаз.

В арке при входе в беседку стоял Раварта и излучал, кажется, вселенское счастье.

Широко и белозубо улыбаясь, от чего меня тут же кинуло в жар, а сердце застучало уже где-то в висках, он прошел и сел за стол рядом со мной.

Я вообще только несколько раз видела у адмирала такую искреннюю обезоруживающую улыбку. И это меня волновало и озадачивало.