– Тогда у нас прямой резон поспешить, - заметил я.
– Надеюсь, я еще не лишний в вашей компании?

– Скорее всего, уже нет, - отрезал Боргофф, - по крайней мере, пока не расскажешь кто ты такой на самом деле.

– Ты и так все знаешь, - пожал плечами я.

На лицах всех троих охотников я прочел самое искреннее недоверие к моей персоне. В общем-то, вполне оправданное.

– Как хотите.
– Я понял, что мне нет больше места среди этих охотников.
– Но за каретой я все равно поеду. Я должен узнать, что к чему в этой истории, а до дочери штирийского графа мне дела нет. Так что я вам не конкурент.

Не думаю, что эти слова много что значили для них, однако они были не столь уж безразличны мне после событий в Вышеграде, может быть, я становлюсь сентиментальным на старости лет.

Переодевшись у того же Яромира и забрав палаш, с которым я чувствовал себя гораздо лучше, я направился на постоялый двор, где собирался купить коня для дальнейшего преследования черной кареты. Однако до двора я не дошел, на полпути меня перехватили вампиры и данпил, как обычно одетые в черные плащи, почти полностью закрывающие их от света солнца, правда капюшонов ни один не носил. Ди и Эльген ограничивались шляпой с узкими полями и высоким воротником каждый, а Кристоф и вовсе ничего на голове не носил, гордо демонстрируя всем и каждому свою каштановую шевелюру, затянутую в тугой хвост.

– Чем могу быть полезен?
– поинтересовался я, когда мы все вместе отошли в тень.

– Ты ведь отправляешь за черной каретой, - не спросил, а заявил мне в лоб Эльген, - и знаешь, куда направляется.

Я лишь пожал плечами, подчеркивая тем самым, что не понимаю, что им нужно от меня.

– Скажи нам, - бросил Кристоф.
– Мне... нам очень нужно это знать.

– Да с чего вы взяли, что я знаю что-то про эту карету?
– возмутился я, даже не очень наиграно.
– Я сюда приехал, чтобы порыться в руинах Вышеграда, а теперь, когда от него вообще почти ничего не осталось, мне здесь делать нечего. Я возвращаюсь в Хофф, - не моргнув и глазом, соврал я.

– Ерунда, - отмахнулся Эльген, - не смейся над нами, Юрген. Я знаю, что ты преследовал эту карету от самой Дарловы, где угодил в ловушку, подстроенную, если тебе интересно, Шабашем. Вот только не знаю, для чего они устроили ее. Ты расспрашивал о карете на всех постоялых дворах, где останавливался, менял там лошадей, тратя приличные суммы казенных денег, и мчался дальше, стараясь догнать ее. Держу пари, ты и в Вышеград залез, чтобы побольше разузнать о ней.

Поймал. Классически. И откуда только он все это знает? Так что отпираться теперь бессмысленно, но всю правду говорить не стану, хотя...

– Ты мне не поверишь, Эльген, - усмехнулся я, - но в этом деле, с моей стороны, по крайней мере, никакой мистики нет. Меня послали разобраться в истории с покупкой недвижимости в Хоффе неким графом Тибальтом Горном, дальним потомком Рихарда Гогенштауффена. Оформлением всех необходимых бумаг занимается адвокат по имени Дитер Фогель, я пристроился следить за ним от самого Терница до Дарловы, где он сел в ту самую черную карету.

– Тибальт Горн, - протянул Эльген, - хорошее имя. У него поместье на северо-западе, на бывших эльфийских землях. Хочешь узнать тайну вашего двора? Думаю, хочешь. Слушай же. Тибальт Горн - это родной брат Рихарда Гогенштауффена, Манфред. Он здешний кардинал Шабаша, отвечает за всю Богемию в целом примерно со времен разгрома Рихарда.

– Честно скажу, - признался я, - мне от этой информации не горячо, не холодно. На престол этот вампир претендовать не станет, однако и на твои слова я сослаться не могу, сам понимаешь, так что продолжу преследовать черную карету.

– Мы составим тебе компанию, если не возражаешь. Можем помочь с лошадьми. У меня есть несколько ни к кому не привязанных кошмаров.

– Это, конечно, очень хорошая новость, но как она поможет мне. Я - не вампир, кошмар мне не подчинится, да он просто разорвет меня на части.

– При желании и некотором умении можно привязать кошмара и к тебе. Хотя определенный риск есть.

– Что же, я готов рискнуть. Никогда не ездил на кошмаре.

– Если повезет, - заметил Ди, молчавший до того, - обзаведешься одним из лучших коней, о каком многие короли и императоры и мечтать не могли.
– Сам он сколько я его знаю ездил только на кошмарах, хотя где он их доставал оставалось для меня загадкой.

Ровно в полночь мы собрались в полумиле от Кралова, в наиболее тихом и безлюдном месте в окрестностях богемской столицы, так было нужно для ритуала, как объяснил мне Эльген. Мы просидели в тени раскидистого дуба с самого заката, именно тогда закрывались ворота города, после захода солнца войти и выйти из Кралова можно было лишь по специальному разрешению, если ты, конечно, не княжеский курьер или, в крайнем случае, благородный рыцарь. Хотя в последнее время таковых становилось все меньше и меньше.

Каким именно образом Эльген определил, что наступила полночь, не представляю. Это свойство, присущее лишь вампирам. Он один плавным движением поднялся с земли и оглушительно свистнул, так что у меня даже зубы онемели. На свист примчались три великолепных вороных жеребца с пламенными гривами и копытами, глаза их ярко светились в темноте.

– Начнем с тебя, Юрген, - бросил Эльген, - с тобой будет сложнее. Подойди к кошмару, одному из двух, тех что стоят дальше от меня.

Я кивнул и несколько опасливо (оно и понятно!) подошел к вампирскому коню. Оба захрапели, однако не отступили, подобно обычным лошадям, а наоборот, уставились на меня весьма нехорошими взглядами, плотоядные они были очень. Но тут моей спиной вырос Эльген.