– Я - виконт Алого анклава, - произнес с неподражаемым достоинством Эльген, - и шуточек в свой адрес более не позволю...

– Позволите, - оборвал его брат Гракх, - мне драки не нужны. Убивать нас будут там.
– Он ткнул рукой в сторону громады Вышеграда.
– А свар среди нас я не допущу. Либо подчиняйтесь, либо - извольте проваливать к себе в кровавый вертеп!

– Я вам не подчиняюсь, - усмехнулся Эльген, - и проваливать к себе домой не собираюсь, особенно по твоему приказу, мертвоголосый.
– Последнее слово он произнес с особенно издевательской интонацией.

Брат Гракх без слов проглотил это почти оскорбление, лишь прожег вампира, как выяснилось виконта, взглядом. Тем временем ко мне подошел Ди.

– Я помню тебя, Юрген, - произнес он, - мы работали в свое в паре.

Для него это было аналогично предложению продолжать в том же духе и сейчас. Я и сам хотел обратиться к нему с подобным, вот только не знал с чего начать, чтобы не выдать себя перед братством Маркуса, а тут этакая оказия.

– Думаю, я и сейчас не ударю лицом в грязь. Так ты берешь меня в компаньоны?

Ди кивнул. Он всегда был скуп на слова.

Мы подошли к брату Гракху, поскольку ни у меня, ни у Ди, не было семьи, а равно и тех, кому мы могли бы отдать причитающиеся деньги. Он кивнул двоим Защитникам Веры, стоявшим в воротах внешней стены Вышеграда, те разошлись в стороны, пропуская нас данпилом. За нами последовало братство Маркуса в полном составе - все взяли оружие наизготовку, в частности правое запястье Боргоффа украсил странное подобие арбалета, ложем которого правое предплечье Боргоффа, лично я не мог себе представить каким образом такое может стрелять, однако в навыке предводителя братства в обращении с подобным оружием я не сомневался. Ни брат Гракх, ни Предатель, ни остальные охотники не поспешили за нами. Оно и понятно, я бы тоже не полез, если бы мое неуемное любопытство не подтолкнуло меня.

Изнутри замок не представлял из себя ничего особенного или же сверхъестественного. Самая тривиальная крепость, разве что достаточно большая, куда больше чем может показаться снаружи. В остальном же... Вот только ни пыли, ни мух, ни паутины, нигде не видно, такое впечатление, что тут только что поработала целая армия фанатиков-уборщиков, задавшаяся целью извести последнюю пылинку в замке. Хотя после восстановления из руин и пропажи Рихтера Бельмонда, это не столь уж великая странность.

Коридоры и помещения замка были темны и пустынны, ни окон, ни факелов на стенах, лишь тусклый свет исходит от капителей многочисленных колонн, так что казалось, что вокруг царят сумерки без луны и звезд. Мы с Ди скользили по многочисленным теням, стараясь скрыться в них, слиться с их чернотой, думаю, в силу профессиональных навыков и долгого жизненного опыта, у нас это получалось достаточно неплохо. Братство Маркуса шло в нескольких шагах позади, производя, скорее всего, намерено чудовищно много шума и, вообще, всячески афишируя свое присутствие. Мы не сговаривались заранее о подобной тактике, однако лично я против нее ничего не имел. Правда плодов она не принесла ни малейших...

Я шагнул в очередную тень прямо под портретом какого-то человека (или вампира) в одежде времен Каролуса Властителя - и понял, что остался один. Во тьме...

Тень окутала братство Маркуса в один миг, однако Боргофф не растерялся, слишком опытным командиром он был.

– В круг!
– крикнул он.
– Кайл, Нольт, прикрываете! Лейла, пистоли наизготовку!

Сам он вскинул свой остов арбалета, наложив на тетиву стрелу (не болт, а именно стрелу, хоть и цельнометаллическую), зажав целый пучок ее родных сестер в кулаке. И тут тьма рассеялась...

Ди замер, почувствовав, что ноги его почти по щиколотки погрузились в какую-то вязкую жидкость, все его вампирье чутье кричало, что это кровь и вместе с тем нет. Он втянул носом ее железистый запах, щекотавший ноздри, и тут раздался удивительно знакомый голос...

Далее мне пришлось шагать на ощупь, прижимаясь спиной к стене. Клинки я обнажил еще когда только вошел в замок и теперь был готов всадить их куда угодно, стоит только услышать малейший звук. Но сейчас почти мертвую тишину вокруг нарушали лишь мои шаги, дыхание да тихий шелест одежды. Дернул же Баал нацепить парадную форму, в ней двигаться бесшумно практически невозможно. Сколько времени я так прошел, не представляю, может час, может сутки, а может, и вовсе целую неделю или месяц или год...

Предплечье мое неожиданно наткнулось на что-то выступающее из стены. Будь я в обычной одежде, ничего бы не произошло, однако широкий рукав зацепился за нее какой-то складкой - раздался зубодробительный скрежет, я почувствовал движение вокруг себя и полетел куда-то вниз, раз за разом ударяясь об углы и изгибы тоннеля...

Врагов не было. Некуда было всадить стрелу или пулю. Коридор был пуст, ни Ди, ни билефелецкого выездного палача не было. Боргофф кивнул остальным, чтобы продолжали двигаться вперед, соблюдая предельную осторожность - куда пропали спутники было не понять, а значит и враг мог выскочить из любой щели. Так они вошли в небольшой зальчик, оканчивавшийся большой лестницей, по которой легко прошли бы пять человек в ряд, и двумя дверьми под ней. Боргофф ни секунды не сомневаясь кивнул на лестницу, ведущую к длинной галерее. Наверху обнаружились практически невидимые снизу двери. К тому же, галерея позволяла им идти лишь двумя парами - Кайл шел с Лейлой, а Нольт с Боргоффом, хотя от его боевого молота было не так много толку на узкой галерее, он скорее бы своих покалечил, нежели достал им возможных врагов.

Все двери на галерее оказались заперты, а галерея заканчивалась поворотом, ведущем в столь же узкий коридор. Теперь шли тем же порядком, только спиной к спине. Боргофф и Нольт впереди, Кайл и Лейла - прикрывали тыл. И вот, когда руки у всех уже дрожали от постоянного напряжения, глаза почти слезились, выискивая цель, а нервы звенели, как натянутые струны, враги таки появились...

Кровь, которая вовсе не кровь, плескалась под ногами, от ног волнами расходились круги, Ди старался делать каждый шаг как можно более аккуратно, потому что обладатель знакомого голоса находился совсем рядом. Разобрать слов, произносимых им было пока нельзя, хотя Ди отлично знал его обладательницу, лишь боялся признаться себе в этом. Он до сих не мог толком разобраться в своих чувствах к ней, не смотря на то, что прожил уже не одну сотню лет. Ведь...