Внутри меня встретил дневальный, который выслушав, зачем я прибыл, направил меня в один из кабинетов на первом этаже. Внутреннее убранство гильдии мне понравилось. Стены увешаны разномастным оружием, стягами, трофеями, картинами. Все это не нагромождено в безвкусной свалке, а гармонично расположено, дополняя друг друга, создавая целые композиции. Пол был устлан шкурами неведомых мне зверей. Всюду по своим неотложным делам сновали игроки и нпс, не обращая на меня внимания.

Нужный кабинет оказался не большим. Каморка четыре на три метра, голые стены, деревянный стол и такой же стул. За столом острым ножиком очинял гусиное перо темнокожий орк. Гигантский, усеянный шрамами и оружием орк. Не поднимая на меня глаз, он спросил.

– Отряд или одиночка?

– Отряд и одиночка.

– Вот вам бланк, заполните. Я взял протянутый им лист бумаги, и заполнил имеющиеся графы.

– Так, - он наконец-то позволил себе смерить меня взглядом – Ошкуй, да?

– Да.

– Служили?

– Не довелось, но я пять лет отдал спецвузу. Казарма, муштра, все как положено.

– Радует, радует. – не одобрительно пробурчало чудовище.
– А ты знаешь каким должен быть воин?

Вот так вопрос. И что мне ему ответить.

– Воин, это в первую очередь тот, кто очень много знает, очень много умеет, очень много видел и очень много прочувствовал, и остался жив. И он может все эти компоненты соединить в одно, а все остальные нет. Вот это – воин.

Фух, вовремя я слова из одной книги вспомнил, хотя там вроде о магах. Но орк видать доволен, вон как щеки надул и глаза покраснели.

– Ты что? Дебил? Воин это просто машина для убийства. Беспощадная и неутомимая. А ты что несешь? Так, задания вступительного неполучишь. Ты откуда родом?

– Из Эрода.

– Зайдешь там в наше представительство. Мы пока написанное тобою, проверим, и туда бумаги вышлем. Может твои приключения и зачтут. А сейчас ступай и не беси меня.

Пуганых не напугаешь,

Мы тонули в крови,

Мы пол света прошли,

Наших подвигов не сосчитаешь.

Я сверился с картой. Да действительно полсвета.

– Ты еще здесь? Да еще стихи считать вздумал? Рифмоплет хренов! – раненной каракатицей взревел орк, и рядом с моей головой, разминувшись на дюйм, воткнулся боевой томагавк.

Меня как ветром сдуло. Хорошо хоть на респ не отправил. Я, правда, тут рядышком привязался, но бегать голым не хотелось. Интересно, а нельзя ли купить первый набор вещей, не выпадающих. Хотя бы рубаху и штаны. Надо будет поинтересоваться.

В холле наблюдал занятную картину. Спорили двое. Один крупный мужчина, лет сорока восточной наружности. Горбонос, черноволос. Хуман. И второй белокожий малохольный юноша, с повадками девушки. Игроки. Первый носил ник Усмиритель, а второй эльфенок Элексофф. Может Алексей, а может Александр, а может и девушка перса создавала. Поди их сейчас разбери.

– На кой он нам нужен? Этот Степан? – мягким контральто спрашивал Элексофф.

– Да хрен с ним, со Степаном. А вот терять хороший клинок не хочется! И что ты ноешь! Будь мужиком!

– Я и веду себя как мужик. А что ты предлагаешь, это дело женщин. А я хочу быть домохозяином, как папочка.

Дальше я слушать не стал. Хватит. И проголодался я что-то, самое время поужинать. Не глядя на название, я зашел в первую попавшуюся забегаловку, сладостный аромат еды вторгся ко мне в легкие, заставив закашлятся от боли.

Ко мне подскочил чернявый и вертлявый подавальщик.

– Что желает господин? Есть отменная еда и хмельного бьют ключи – от пивка до слоновкиной мочи!

Я велел принести мне лучшей еды и выпивки.

О чем немедленно же пожалел, только их попробовав. Отвратительно и невыносимо. От рвоты меня уберег только ожидающий взгляд хозяина. Развод, у них что ли такой? И за еду денег берут и за то, что посетитель мебель запачкает, за уборку. Комплекс так сказать.

Ммм, зато водичка у них, что надо. Я с удовольствием прополоскал рот, отпив из принесенного подавальщицей графина.

– С вас 2 золотых за вино.

– Какое вино, милая?

– Ну как же? Имаррийское, десятилетний выдержки, вы им еще рот полоскали, дегустировали. Сразу настоящего ценителя видать. Мигом не глотаете, вкус пробуете.

Я понял слова, но не смысл. Я счистил с языка вкус их отвратильного пойла и плевком отправил его на пол.