Красные сгустки людей перетекали с места на место, кружили вокруг темной глыбы джипа. Прямо сейчас они занимать позиции не собирались. Значит, и мне нет резона покидать наблюдательный пункт.

– Короче, – скомандовал толстый. – Я буду стоять на стреме. Как подам сигнал, Сильвер спрячется за этой ржавой бочкой, Пушок, ты залезешь под брезент. Вымпел, мы с тобой укроемся за автобусами, я буду справа, а ты – слева.

Вымпел этот был совсем тупым и уточнил:

– За каким я?

– Слева, дебил!

– Гы, а если я повернусь, лево будет с другой стороны.

Главарь Михо выругался и прорычал:

– Я за большим, ты за тем, что поменьше.

– Ага, теперь ясно!

– Все заткнулись, ждем.

Молодцы, что сказали, где спрячетесь! Теперь можно уходить отсюда и ждать легионовцев в безопасном месте. Только бы они мне поверили, не пристрелили сразу.

Благодаря импланту удалось покинуть совершенно темный закуток и выйти на улицу. Начало ломить еще в детстве вывихнутую коленку – значит, скоро будет дождь.

Скорее всего, легионовцы вернутся тем же путем, по которому пришли, и угодят в засаду. Хотя не факт, и нужно не терять бдительность, бродить туда-сюда, а не отсиживаться на месте. Только бы все получилось! Во внезапную удачу верилось с трудом, уж слишком много за последние пару лет случилось дерьма!

Хочешь ограбить банк? Продумай все до мелочей. Именно так Марк и сделал: разработал план тщательно, с привлечением специалиста.

Осталось последнее: собственно ограбление. Тихое. Интеллигентное. Никакой стрельбы и поножовщины, никаких воплей «Всем лечь, это ограбление!» и прочего жлобства. Марк Косински предпочитал действовать тоньше.

До входа в «Первый Национальный Банк Стратфорда» он мог доехать на моторикше, но отпустил его за три квартала. В этом был смысл – если что, служба безопасности не сможет отследить, откуда он появился. Но имелась и другая причина – Марку Косински нравилось ходить по городу.

Он чувствовал пульс этого огромного зверя из стекла и бетона. Он с удовольствием вливался в его широкие вены, по которым без остановки курсировали тысячи клерков и рабочих, сотрудников сервисных служб, заставляя организм жить каждое мгновение. К тому же это успокаивало, настраивало на нужный лад.

Три больших современных квартала – десять минут пешком. Улыбка симпатичной девчонке с гроздью сережек в левом ухе. Девчонка пригладила розовую челку и сбавила шаг, намекая, что не прочь познакомиться. Может, при других обстоятельствах Марк воспользовался бы случаем, но теперь его ждало ответственное, очень важное дело.

Вежливая улыбка после столкновения локтями с пятидесятилетним торопыгой в не по погоде теплом кашемировом пальто. На минуту задержаться, посмотреть на работу пары мойщиков окон – промышленных альпинистов, зависших на веревках напротив четвертого этажа торгового центра.

Никто из окружающих не был должен Марку. Никому из окружающих не был должен и он. Баланс, столь важный для Косински, соблюдался. Метров за двадцать до дверей банка он чуть ускорил неторопливый шаг. Прелюдия закончилась, пора переходить к основной процедуре. Марку были нужны деньги.

Прозрачные створки разошлись в стороны.

Миновав автоинформатора, рекомендующего выбрать желаемый вид обслуживания, Марк направился к блондинке за стойкой ресепшена.

– Я бы хотел открыть пополняемый вклад, – сказал он негромко. – С возможностью снять наличные в любой момент, без ограничений на сумму.

– Вам лучше обсудить это с менеджером, – дежурно улыбнулась консультант.

Она взмахнула рукой, и в ней чудесным образом оказался невесомый талончик.

– Время ожидания – около четырнадцати минут. Вы должны иметь не просроченный паспорт, быть гражданином старше четырнадцати лет, в случае, если вы не военнообязанный, у вас должны быть документы об освобождении от армии.

– У меня все в порядке, – Марк ответно улыбнулся девушке.

Он сел в удобное серое кресло, обтянутое искусственной кожей, и следующие несколько минут просто ждал, рассматривая окружающих. Полтора десятка менеджеров в небольших кабинках были похожи один на другого. Отчасти за счет одинаковой сине-белой униформы, отчасти потому, что всем им чуть за двадцать. Худощавые, улыбчивые, корректные.

А вот клиенты все разные. Старушки, одышливые мужики за сорок, молодые пары с горящими глазами. Кто-то пытается сохранить и приумножить свои деньги – глупая затея в условиях войны. Кто-то берет кредит, отдавая себя в кабалу на годы, а то и на десятки лет. Кто-то пытается реструктуризировать висящий дамокловым мечом долг, чтобы остаться на плаву еще на год, месяц, да хотя бы неделю.

Все они были одновременно интересны Марку – и непонятны. Он сторонился долгов, потому что относился к ним очень серьезно. Все его решения были обдуманны. Делая небольшой шаг, Косински, как правило, знал, куда он его приведет и каким будет его следующее действие.