– С вами хотят встретиться.

«Вероятно в доме есть еще хозяин, который - то и назначит настоящую плату», - подумалось мне, когда я шел в темно-зеленые покои в глубине дома.

Дверь в одну из комнат была отворена.

У стола стоял приземистый человек, внешность которого скрывал полумрак помещения.

Он шагнул ко мне. Свет упал на его лицо. И я едва не вскрикнул, но сдержал себя.

Передо мной стоял отец! Нет, нет, не отец, как я после разглядел, но весьма похожий на него человек!

Ростом он казался ниже отца. Лицо его густо избороздили мелкие морщины, голова была лысой, а длинные и тонкие паутинные волосы седыми космами вольно ниспадали на плечи темного пиджака.

– Ну, Юрий, здравствуй… Пора, наверное, представиться, – сухим голосом сказал двойник отца. Я Роман Тайн. А точнее – Роман Геннадьевич Шаров. Знаю, ты искал меня. Вот мы и встретились.

Я стоял молча, будто сраженный громом. Глотнул слюну.

– Ну, подойди же, сын, - сказал Роман Тайн и, не дождавшись, сам сделал шаг. В следующий момент морщинистые руки прижали меня к старческой груди.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ. ТАЙНА СТАРОГО КРЕСЛА

Мы сидели в беседке, густо увитой лианами девичьего винограда.

Роман Тайн смотрел на меня и, кажется, не мог наглядеться, я же взирал сурово на этого пожилого мужчину, который был моим физическим отцом, но никаких сыновних чувств к нему не испытывал.

– Я рад, что нашел тебя, - сказал Роман. – Теперь моя жизнь обретает смысл, потому, что в ней есть ты.

– Что-то раньше вы об этом не думали, - заметил я с упреком. – Бросили беременную маму и не вспоминали обо мне много лет.

Роман Тайн махнул рукой!

– Согласен. Виноват был. Да ты пойми, время было такое. Мне нужно было скрываться, менять фамилию, биографию. Потом, я ведь имел другую семью. А женат я был удачно, на дочери крупного литературного начальника. Пойми, мог ли я в те годы обнародовать внебрачного ребенка?

– А теперь же почему вспомнили? Зачем? Я взрослый, самостоятельный человек. Все эти годы у меня был отец, настоящий отец, который заботился обо мне. Его я и считаю отцом.

– Да какой он отец? – едва не вскричал Роман Тайн. – Так - пустое место! Я твой настоящий отец!

– Поздно сейчас заявлять об этом. Вы ничего не сделали для меня, вы мне – никто. Абсолютно никто! К тому же вы угрожали моему отцу! Подвели его к сердечному удару!

– Я ему не угрожал! Я написал ему пару писем с требованиями, чтобы он рассказал правду обо мне, направил тебя сюда… А он возьми, да и скончайся! Ну я не думал, что он такой чувствительный… Вот сразу сделал бы, как я просил – был бы жив! И мы бы с тобою раньше встретились!

Я чувствовал, что от гнева краснею.

– Вы убили его! А еще раньше вы подвергли его физическим и нравственным мучениям! По-вашему, это хороший поступок? Не знаю, есть ли этому прощение…

Роман Тайн сник, опустив голову.

– Дожил…. Мой сын, моя родная кровь, упрекает меня…, - горько произнес он.

– Я обвиняю вас…А этот Лягушин и его сподручные? Ваша работа?

Он вскинул седые брови.

– Какой Лягушин? Не знаю такого… От меня ездил только Кромов, мой помощник. Ты его видел, это он тот водитель такси... Когда я узнал, что ты в больнице, то велел заплатить врачам, чтобы получше лечили тебя. А потом просил привезти ко мне. И тут Кромов звонит, говорит, что ты взял билет в наш город. Я думаю - откуда узнал? Он и встретил тебя, под видом таксиста, привез сюда, передал Екатерине…

– Екатерине? Это пожилая женщина, что меня встретила? Ваша жена?

Роман махнул рукой.

– Что ты! Это моя старшая сестра, а значит твоя тетя. С женою я давно в разводе. Дети уже взрослые, имеют свои семьи… Я ведь совсем другой жизнью жил.

Я наклонился к его лицу.

– Послушайте. А как вообще получилось, что у вас появился двойник? Ведь мой отец - точная ваша копия!

Роман Тайн вздохнул.

– О, это долгая история. Она уходит вглубь веков!

– Я готов ее выслушать, коль мы уж встретились…

– Готов? Тогда изволь, слушай!

***

«Предки наши были родом из Польши, которая, как тебе известно, достигла могущества, как Речь Посполитая. Родные мои принадлежали к шляхте, правда особым богатством и знатностью не отличались.

Фамилия наша - Куля ведет свое начало от аналогичного прозвища. Скорее всего, оно происходит от слова kula, которое в польском, чешском, белорусском и украинском языках означает «шар, ядро». Соответственно, Кулей могли прозвать невысокого и полного человека. При этом такое прозвище не считалось уничижительным, так как полнота испокон веков считалась признаком здоровья, достатка и силы.