– Обычное любопытство.

– Нет, – отрезала старуха. И продолжала ждать.

На лице недавнего именинника отразилась труднейшая внутренняя борьба; собиратель бабочек ни разу не видел в его глазах столько чувства.

– Ты права, – рявкнул девяностодевятилетний. – Это не праздный интерес. Я хочу отыскать лазарет.

– Чтобы прожить… дольше, – тихо произнесла еврейка.

Харман сжал кулаки:

– Да, шут возьми! Дольше. Потому что я ненасытный ублюдок. Мало мне Пяти Двадцаток, понимаешь? Я мечтаю быть с Адой, когда она родит наше дитя, и помогать ей воспитывать его, хотя современные папаши слыхом не слыхивали о таких вещах. Я жаден, жаден, очень жаден до жизни! Теперь довольна?

– Вполне. – Сейви обратила проницательный взор на молодого участника экспедиции. – Ну а тебя как занесло в нашу компанию, Даэман Ухр?

Тот пожал плечами:

– Да я бы с радостью слинял домой, попадись на пути хоть один факс-портал.

– Здесь их нет. Извини.

Горожанин пропустил насмешку мимо ушей.

– Объясни лучше, для чего мы тебе понадобились? Дорогу ты знаешь, вездеход нашла без труда. Мы-то тут при чем?

– Дельный вопрос. В последний раз я добиралась до Атлантиды пешком. С севера. Это произошло полтора столетия назад. Со мною дошла пара элоев – простите за обидное слово, – пара девушек. Вот их привело настоящее любопытство.

– И что случилось потом?

– Они умерли.

– Отчего?.. Калибано?

– Нет. Эти твари сожрали моих предыдущих спутников, мужчину и женщину, примерно три века назад. Тогда я еще не умела говорить с логосферой и слабо разбиралась в ДНК.

– А почему всегда по трое? – вмешался девяностодевятилетний.

«Да кого оно интересует! – мысленно возмутился Даэман. – Лучше бы разузнал про тех, погибших. Что она имеет в виду? Не совсем же они скончались? Только до лазарета, верно? Ведь правда же?..»

Сейви рассмеялась:

– А вот это самый удачный вопрос, Харман Ухр! В первый раз, тысячу лет назад, ваша покорная слуга проделала путь в одиночку, но… Скоро сами поймете. Кстати, это не единственная станция «постов», которую я посетила. Есть еще Гималаи. Остров Пасхи. Южный полюс. Прогулки, доложу я вам, выдались на славу. Особенно если учесть, что за триста миль от любой нужной остановки соньер вырубался…

Молодой человек уже не слушал; мысли его занимали убийства, пожирание человеческой плоти…

– Так ты до сих пор не обнаружила ни одной космической посудины? – Харман поднял бровь. – После всех попыток?

– Нет никаких космических посудин, – проронила старуха.

И, включив виртуальную панель управления, повела «паучище» на северо-запад. Багровый закат разливался уже вполнеба.

Город «постов» растянулся по высохшему дну на многие мили. Вездеход вперевалку покатил мимо синих пирамид, складывающихся вовнутрь, мимо красных витых лестниц, возносящихся в пустоту, голубых помостов, которые то появлялись, то вдруг исчезали, парящих в воздухе шаров и бессчетных прочих фигур всевозможной окраски.

– Выходим, приехали! – объявила Сейви.

В этот миг даже Харман, облачившийся, как и остальные, в термокостюм, помедлил на пороге. Снаружи сгущался мрак; к сиянию орбитальных колец на пурпурно-черном небосклоне уже присоединились первые звезды. Энергетическое мерцание безлюдного города озаряло пересохшее дно и возделанные поля на сотни миль вокруг.

– Нам сюда, – сказала старуха и отправилась вверх по алой лестнице.

Даэман беспрестанно морщился: ему чудилось, будто он шагает по гигантским губкам. Хотя, если честно, макромолекулярные ступени отлично держались в пустоте.

В доброй сотне футов над землей спираль закончилась площадкой из черного металла, не отражающего свет. Посередине квадратной платформы стояло три безумно древних с виду деревянных кресла с высокими спинками. На сиденьях лежали пунцовые подушки. Кресла располагались симметрично: каждое в десяти футах от круглого отверстия в центре площадки, причем спинкой к нему.

– Садитесь, – пригласила спутников Вечная Жидовка.

– Это шутка? – Даэман побледнел под маской.

Старуха медленно повела головой из стороны в сторону и уселась сама. Харман занял другое кресло. Молодой мужчина обошел платформу и вернулся к пустому сиденью.

– А что дальше-то? – насупился он. – Мы ждем кого-нибудь? Или чего-нибудь?

– Сядь и узнаешь, – посоветовала Сейви.

Кузен Ады с опаской, но подчинился. На крепких поручнях, украшенных затейливой резьбой, он заметил два ярких кружочка: слева белый, справа красный. Обитатель Парижского Кратера не тронул ни одного.

– Как только досчитаю до трех, – сказала старуха, – жмите на белую кнопку. Раз, два…

– Минутку, минутку! – заволновался Даэман. – И что тогда случится?