Идея зародилась, стала обретать форму, дробиться на детали и разрастаться, как только что оплодотворенная яйцеклетка. Окончательно родившись, она, словно ребенок, разыгралась в сознании, отупевшем от отчаяния за все эти долгие месяцы.

Наконец-то обозначился путь, с помощью которого можно было достичь освобождения от этих нестерпимых мучений. Да, только один путь. Одно решение, которое быстро выросло из крошечной, как одноклеточный организм, идеи и внезапно обрело законченность. Оно превратилось в слова, сказанные шепотом и очень отчетливо, с благоговением ученика, которому открылось Божественное предназначение:

– Да. Конечно, конечно. Я найду это дорогое для меня сердце. А когда найду, с любовью и состраданием, дабы соединить наши души и дать нам мир, я остановлю его.

Кэт Дэлани легко, словно яркая бабочка, двигалась по танцевальному залу, переходя от одной группы приглашенных к другой и весело болтая. Всех, с кем она беседовала, поражали ее живость и энтузиазм.

– Она просто великолепна.

Доктор Дин Спайсер, с гордостью наблюдавший за Кэт со стороны, обернулся к человеку, произнесшему этот комплимент. Дин сопровождал Кэт на бесчисленное множество приемов и знал большинство ее коллег по работе. Однако этот высокий господин с незаурядной внешностью не был ему знаком.

– Да, она способна удивить, – ответил он, чтобы поддержать разговор.

– Меня зовут Билл Уэбстер. – Дин также представился, и они обменялись рукопожатиями. – А вы, вероятно, тот самый кардиолог, который лечил мисс Дэлани.

– Начинал, – подтвердил Дин, довольный, что его имя пользовалось известностью. – До того, как наши деловые отношения перешли в личные.

Уэбстер понимающе улыбнулся, затем вновь посмотрел на Кэт.

– Она очаровательная молодая женщина. Дину хотелось знать, кто такой Уэбстер и почему он оказался в числе приглашенных на этот устроенный телекомпанией торжественный прием в честь годовщины сделанной Кэт операции по пересадке сердца.

Здесь присутствовали сотрудники принадлежащих телекомпании станций, спонсоры и рекламодатели, представители средств массовой информации, актеры и их агенты, а также те, кто вложил в «Переходы» капитал и был лично заинтересован в успехе сериала.

Желая что-нибудь разузнать об Уэбстере, Дин поинтересовался:

– Как вы узнали мое имя?

– Вы недооцениваете свою известность, доктор Спайсер. Вы почти столь же знамениты, как и ваша приятельница.

– Журналы для любителей киносплетен, – догадался Дин, делая вид, что любит держаться в тени. Ему льстило внимание широкой публики к нему как к человеку, «играющему заметную роль в жизни Кэт Дэлани», как недавно выразился репортер голливудской светской хроники.

– Газетная популярность не умаляет вашей известности как кардиолога, – польстил ему Уэбстер.

– Благодарю. – Дин немного помолчал. – Хотел бы я, чтобы у всех моих пациентов все проходило столь же удачно, как у Кэт. Ее выздоровление – настоящее чудо.

– Вы удивлены?

– Вовсе нет. Именно этого я от нее и ждал. Она не только исключительная пациентка, но и необыкновенная личность. Как только Кэт пережила первые трудные недели после операции, она твердо вознамерилась дожить до глубокой старости. И она доживет. Ее лучшее качество – оптимизм. Она – гордость всего трансплантационного проекта нашей клиники.

– Насколько я понимаю, мисс Дэлани горячая сторонница пересадки органов.

– Кэт знает, что такое ждать, когда появится донорский орган, и часто навещает таких пациентов. Когда они падают духом, она убеждает их не оставлять надежды. Они считают ее ангелом. – Дин коротко засмеялся, затем с мягкой улыбкой продолжил: – Они не знают ее так, как я. У нее бурный темперамент, свойственный всем рыжеволосым.

– Несмотря на ее характер, вы явно являетесь ее поклонником.

– Самым ревностным. Откровенно говоря, мы собираемся в скором времени пожениться.

Это было не совсем верно. Он собирался жениться на Кэт. Она же всячески уклонялась от прямого ответа. Дин уже много раз предлагал ей переехать к нему в особняк в Беверли-Хиллз, но она продолжала жить в своем пляжном домике в Малибу, утверждая, что океан оказывает на нее терапевтическое воздействие, необходимое для ее духовного и физического здоровья. «Я черпаю силы от одного его вида». Она также утверждала, что для хорошего самочувствия ей необходима независимость.

Рассуждения о независимости были явной отговоркой, чтобы не выходить за него замуж. Дин вовсе не собирался после свадьбы привязать ее к кухонной плите. Собственно говоря, он даже хотел, чтобы Кэт продолжала свою карьеру. Последнее, чего он желал, это видеть в ней образцовую домашнюю хозяйку.