– А когда оно закончилось?
– поинтересовался адвокат.

– Примерно шесть месяцев назад.

– Чем вы занимались с тех пор?

– Разными вещами.

– Последнее время она работала продавщицей сигарет и исполнительницей новых песен в ночном клубе в Ровене, - сообщила Делла Стрит.

– Ровена...
– нахмурился Мейсон.
– Небольшой городок, где...

– Указом городских властей санкционированы азартные игры, если они не противоречат законам штата, - добавила Делла Стрит.
– Населения и территории едва хватает, чтобы получить статус города. Муниципальные расходы покрываются благодаря игорным заведения и штрафам, взыскиваемым с неосторожных туристов, пытающихся преодолеть восемнадцать кварталов быстрее, чем позволяют установленные ограничения в скорости.

– Полиция состоит из одного человека, - продолжила с улыбкой Элен Робб.
– Если он находится в восточном конце города, он считает за правило оштрафовать хотя бы одного человека, направляющегося на запад. В это время в восточном направлении можно мчаться на полной скорости. С другой стороны, если представитель городской службы правопорядка находится в западной части города, то собирающимся на восток лучше не превышать скорость черепахи. В противном случае они определенно лишаться какой-то суммы или получат вызов в суд.

– Насколько я понял, этот полицейский абсолютно беспристрастен, пришел к выводу Мейсон.

– Абсолютно, - подтвердила посетительница.
– Он останавливает одного водителя, когда двигается с запада на восток, и одного - когда с востока на запад. Больше сложно успеть на местности, ограниченной восемнадцатью кварталами.

– Как я вижу, вы обладаете чувством юмора, - заметил Мейсон.
– Делла устроила великолепную презентацию главной героини. Теперь, как мне кажется, вам пора сесть и рассказать, что вас беспокоит.

Элен Робб легким шагом пересекла кабинет, опустилась в огромное кожаное кресло, предназначенное для клиентов, положила ногу на ногу и улыбнулась Мейсону.

– Я привыкла работать на публику, - сообщила посетительница.
– Меня так часто рассматривает большое количество людей, что, думаю, я не постеснялась бы искупаться в огромном аквариуме на углу Седьмой стрит и Бродвея. Но, тем не менее, я страшно рассержена и возмущена, мистер Мейсон.

– Почему же вы страшно рассержены и возмущены?

– Пять месяцев назад я устроилась на работу к Джорджу Анклитасу, начала Элен Робб.
– Ему принадлежит небольшой ночной клуб в Ровене. В задней части имеется комната, где вполне легально играют в азартные игры.

– И ваша трудовая деятельность там прекратилась?

– Да, вчера вечером, причем внезапно.

– Что произошло?

– Джордж и его правая рука и приятель Хитрец Маркус...

– Хитрец?
– переспросил Мейсон.

– Его настоящее имя - Уилтон Винслоу Маркус, однако, все зовут его Хитрецом.

– Продолжайте, - попросил Мейсон.

Адвокат обратил внимание, что Делла Стрит стенографирует каждое слово, произносимое в кабинете.

– Они хотели, чтобы я пошла на мошенничество, - заявила Элен Робб. Они требовали, чтобы я подглядывала, какие карты у одного из клиентов, которого они решили обжулить, и сигнализировала им.

– Вы согласились?

– Нет.

– И что случилось?

– Мне надо было предвидеть, какая реакция последует. Джордж опасен. У него ужасный характер, он пришел в ярость, услышав мой отказ. Затем внезапно он глубоко вздохнул и лучезарно улыбнулся, как он умеет, сказал, что все в порядке, они справятся и без меня.

– Справились?

– Не знаю, я при этом уже не присутствовала.

– Что произошло - с вами, я имею в виду?
– решил выяснить Мейсон.

– Джордж сообщил мне, что кассирша заболела и поэтому ушла домой. И мне велели сесть за кассу и не исполнять несколько моих номеров. Ну, оказалась недостача в размере ста двадцати долларов.

– Пока вы сидели за кассой?

– Да.

– На самом деле недостача или...

– На самом деле. Касса не сходилась.

– Так что случилось с наличкой?

– Если честно, мистер Мейсон, я не знаю. Я думаю, Джордж проявил ловкость рук, когда вместе со мной пересчитывал наличные перед тем, как мне сесть на место кассира. Джордж умеет очень быстро действовать, хитро работает руками. Он умеет сдавать с низу колоды, подсунуть плохую карту. И его практически невозможно в этом уличить. Я уверена, что, когда Джордж пересчитывал деньги в кассе, он у меня под носом увел несколько купюр. Я знаю только, что, когда я собралась сдавать кассу, там оказалась недостача в размере ста двадцати долларов.