И Драко неожиданно для себя покорно склонил голову перед таким непривычно властным Поттером.

Гарри ощущал необычную магию палочки Всевластья, которая была пристёгнута специальным держателем к его руке. Он почувствовал какую-то пьянящую свободу и свою магическую силу. Раньше он обязан был что-то делать, подчиняясь чужой воле этого Пресветлого манипулятора, который сначала практически лишил его детства, а потом приласкал, как бездомного щенка. Он учился в Хогвартсе, проходя какие-то немыслимые для ребёнка испытания и готовясь к своему главному сражению с Волдемортом, не подозревая, что Дамблдор просто предназначал его на роль жертвенного агнца. Он скитался по всей Англии, разыскивая хоркруксы Тёмного Лорда и не зная, что сам является одним из них. А после того, как лорд Малфой и Снейп начали с ним заниматься, он опять ощутил себя сопливым первокурсником, который должен старательно выполнять домашние задания Наставников и покорно принимать от них наказания.

Но сейчас он ясно понял, что теперь никому ничего не должен. Он действует исключительно по своей воле.

– Я проникну в школу и всё узнаю у МакГонагалл, - сказал он. – А ты сиди пока здесь и не высовывайся.

*

Под мантией-невидимкой Гарри шёл по знакомым коридорам. Студенты только просыпались. Первокурсники уже высыпали из спален. Ребятишки болтали, смеялись, толкали друг друга, выплёскивая свою энергию перед завтраком. Гарри безуспешно поискал взглядом слизеринцев. Змеи всегда держались вместе, не смешиваясь с другими студентами, и невольно привлекая взгляд своей сдержанностью и уверенными манерами.

Скоро завтрак. Если он хочет застать МакГонагалл в её директорских апартаментах, надо поторопиться.

В Астрономической башне никого не было. Гарри подошёл к горгулье и снял с головы капюшон мантии-невидимки.

– Могу я поговорить с директором МакГонагалл?
– спросил он.

– О, наш национальный герой Гарри Поттер! Для вас вход открыт всегда, - проскрипела горгулья.

Минерва МакГонагалл сидела за столом, просматривая какие-то бумаги. Она испуганно подняла голову. Как же она изменилась! И это за каких-то полгода! Волосы стали абсолютно седыми, обычное строгое выражение лица как-то неуловимо смягчилось. А глаза были растерянными и какими-то больными.

– Гарри! Мальчик мой! – воскликнула она.

Поттер вспомнил это обычное дамблдоровское восклицание, и его передёрнуло.

– Садись поближе камину, я сейчас скажу, чтобы принесли чай. Только…пожалуйста, спрячься опять под мантию, не надо, чтобы тебя здесь видели.

– Даже эльфы? – удивился Гарри.

– Эльфы тем более. Они все находятся в подчинении Министерства и обязаны докладывать обо всём, что происходит в школе.

– Тогда не надо чая. Я у Хагрида уже позавтракал.

– Ты был у Хагрида? Я потом наложу на него Обливейт. Ты надолго к нам? Лучше бы тебе поскорее вернуться в Америку.

– Да что у вас происходит? Я сейчас прошёл по школе. Куда делся факультет Слизерина?

– Ты, наверно, не знаешь, но в прошлый Хэллоуин из Азкабана сбежали все заключенные, прихватив с собой дементоров. Тогда Министр Скримджер объявил всех, кто когда-либо оканчивал Слизерин, потенциальными тёмными магами и пособниками Упиванцев. А это большинство аристократов. Кто мог, тот вовремя уехал из Англии на континент. Остальные лишились своих поместий. Слава Мерлину, гоблины отказались подчиниться приказу Министра о конфискации счетов всех бывших слизеринцев. Но те, у кого было денег не густо, в трудном положении. Они лишились работы, жить им негде. На их палочки наложены серьёзные ограничения. И выехать из страны они не могут, Аврорат следит за ними.

– А студенты Слизерина?

– Их держат в каком-то специальном интернате. Вроде как для перевоспитания. Мисс Грейнджер работает в нём. Бедная девочка, она хочет уйти из магического мира. Говорит, что больше не выдержит. Она иногда навещает меня. Я пыталась расспросить о её работе, но она связана магической клятвой о неразглашении. Гарри, уезжай поскорее. Я же тебя знаю, ты кинешься восстанавливать справедливость и, наверняка, погибнешь. Бороться с нынешней бюрократией тебе не по зубам. Это тебе не Волдеморт.

– Меня не было в стране всего несколько месяцев. Как могло так быстро всё измениться?

– К власти пришли недоучки. Я всё больше убеждаюсь, что Альбус был неправ, когда пытался затащить в магический мир слабых маглорожденных. Чистота крови много значит. Аристократы сильные маги, вот поэтому они и руководили страной. И знаешь, что самое страшное? Распределяющая шляпа. Мы не можем запретить ей распределять новичков в Слизерин. Я с ужасом жду нового учебного года. Всех, кто попадёт на Слизерин, сразу отправят в этот пресловутый специнтернат.

– А нельзя её как-нибудь э-э-э перепрограммировать? – Гарри по привычке использовал магловское словечко.

– Нет. Её создавали Основатели Хогвартса. У нас не хватает магической силы, чтобы снова заколдовать её, мы уже пробовали.

У Поттера был сильный соблазн попробовать на шляпе бузинную палочку, но он сдержался. Он узнал у директорши координаты дома Гермионы и распрощался.

Гарри спрятался в нишу возле какой-то статуи, пропуская толпу студентов, которые спешили на завтрак в Большой зал. Вдруг в стайке семикурсниц он с замиранием сердца заметил знакомые рыжие волосы. Джинни что-то оживлённо рассказывала подружкам.