Никто ничего не заметил. Все они были сосредоточены на ее отце в дутой, черной куртке, темные волосы его были растрепаны уличным ветром. Он улыбнулся Робу Линберну кривоватой ухмылкой.

— Ты? — спросил Роб

Джон кивнул.

— Как интересно, — сказал Роб. — Расскажи мне больше.

Роб даже не удосужился подняться с дивана. Он был большим парнем, крупнее, чем любой из его сыновей и намного больше, чем отец Кэми. Его плечи растягивали материал клетчатой рубашки, на губах играла добродушная улыбка — самый, что ни на есть идеальный пример английской мужественности. Во всем, за исключением холодного блеска презрения в голубых глазах.

— Я не идиот. Нет смысла бороться с вами, — сказал Джон. — Я хочу вернуть свою жену, хочу, чтобы мои дети жили счастливо и в безопасности. Вы кажетесь разумным человек. Ваша семья когда-то заботилась о моей, не так ли? Я готов предложить свои услуги в качестве источника. Я готов делать все, что вы захотите.

Кэми не знала, что отец задумал. Лиллиан уже проверила его: в нем может быть и текла кровь Глэссов, но он не являлся потенциальным источником для какого-нибудь чародея, чего нельзя было сказать о Кэми и ее братьях.

Хотя, Лиллиан и Роб последнее время не очень-то ладили, и, возможно, Рут Шерман не знала, как читать знаки, определявшие источник.

— Иди сюда, — сказал Роб, и это означало, что Кэми была права, но также, что блеф Джона будет раскрыт.

Папа не выглядел встревоженным. Он продолжал улыбаться — как маленький, черный терьер, приближающийся к морде золотистого ретривера, безоглядно уверенный в том, что он сможет справиться с ситуацией — и подошел к самому краю дивана. Роб откинулся на диванные подушки, его волосы отливали золотом в свете витражей. Он пристально рассматривал Джона. Долгое время его голубые глаза были сфокусированы на черном.

Наконец, Роб тихо произнес:

— Ты не источник. Ты думал, что сможешь обмануть меня? На что ты надеялся?

Улыбка Джона Глэсса превратилась в усмешку.

— Я надеялся подобраться достаточно близко, чтобы сделать это, — сказал он, и это был отец Кэми — графический дизайнер с прикольными футболками, человек, который всегда смеялся над фермерами и над их оружием и шутил, добиваясь того, чтобы никто не воспринимал его всерьез, — вытащил пистолет из-под своей дутой куртки. Он прицелился плавным движением знатока, двигаясь быстрее, чем кто-либо в комнате, и выстрелил в Роба Линберна.

Но в последний момент он резко дернул пистолетом, и пуля попала Робу в ногу.

Дыхание Кэми взорвалось в легких от шока, словно это в нее сейчас выстрелили. Ее нежный отец, который относил своих детей в кровать, неловко шутил и играл в компьютерные игры, который прежде (она точно это знала) никогда бы не нацелил пистолет на человека. Папа замешкался в последний момент и не смог убить Роба, но теперь Роб упал с дивана и, находясь на четвереньках, издавал гортанные звуки ярости и боли. Он пытался подняться с каменного пола, на который лилась кровь. Его нога представляла собой кровавое месиво.

Джон стоял над ним, сделал глубокий вдох и вновь прицелился. На этот раз в голову Роба. Хью Прескотт бросился вперед, вытянув обе руки перед собой. Кэми отказалась от теней и от всех надежд на укрытие и бросилась на него, сбив его с ног и, конечно, остановив его заклинание. Все витражи в окнах разлетелись вдребезги, осколки стекла исчезли в солнечном свете. Рут Шерман подняла руку, и пистолет вылетел из руки Джона.

— Схватить их, — произнес Роб заплетающимся языком. — Девчонка, ты разорвешь связь между собой и моим сыном прямо сейчас, или я убью твоего отца у тебя на глазах.

— Я не могу! — закричала Кэми, быстро соображая, в то время как Рута направила руку на отца. — Я не могу, я правда не могу, — сказала она, ее слова запинались друг о друга. — Ты перехитрил Лиллиан… ты обманул нас всех, когда произнес заклинание крови, связанное с магией Джареда. Эш и Джаред провели обряд разделения силы, и теперь мы больше не чародеи! Ни я, ни Эш, ни Джаред. Я не могу разорвать связь между мной и Эшем. У меня нет магии, чтобы сделать это.

Она осталась на полу на коленях и не смела даже надеяться, что сможет обмануть Роба. Ведь вероятнее всего, Кэми последовала за отцом без магии, и даже Лиллиан не ожидала, что Кэми сохранит свою магию, когда Эш ее потерял. Никто не ожидал, что Кэми будет в состоянии пройти через колдовской огонь. Никто из них ничего, по сути, не знал об источниках. У Линбернов не было источников вот уже пятьсот лет. Она знала, что Роб всегда будет недооценивать ее, и думала, что тщеславие чародея заставит его поверить ей.

— Сэр, — сказала смиренно Элисон Прескотт — мать Холли. — У вас кровь, вам надо помочь — вы можете истечь кровью до смерти, и я даже не знаю, какая магия может сотворить кость…

— Заткнись! — заорал Роб, с яростью и болью в голосе, и, как показалось Кэми, возможно, даже со скрытым страхом. Оказывается, что тот, кого Роб никогда не принимал всерьез, может вот так запросто прийти к нему домой и убить его. Он снова попытался подняться, но его нога была раздроблена, и он закричал. — Уберите их с глаз долой, — процедил он, в конце концов, сквозь зубы. — Держите их под замком. Я разорву связь между этой девушкой и моим сыном, а потом покараю их.