– Знаю я ваши придумки интересные... от них зубы сводит. Я лучше по 'нету' поброжу.

– Мало тебе виртуала в симуляторе, еще и в сеть полезешь. Опять всякую историческую бодягу изучать будешь?

– Да.

– А, что с тебя взять, маньяк, - осуждающе махнул рукой Раванелли и, подхватив поднос, пересел за столик к Новикову. К гадалке не ходи - чтобы уговорить его поучаствовать в игре. Но попытка уговоров провалилась - Новиков тут же ретировался. А Рико отправился за ним.

Антон отправил в рот остатки котлеты, но спокойно дожевать не успел - рядом плюхнулся кто-то еще.

– Да не фуфу я в фафдо игфать!
– с ходу начал отказываться Антон, решив, что это вернулся прилипчивый Раванелли.

– Чего?

– Не буду я в ардо играть!
– проглотив котлету и не глядя на 'искусителя', повторил экс.

– Ну, и ладно, - ответили сбоку знакомым голосом.

Ветров повернулся и увидел Ковальски.

– Ник!

– Ага.

Антон так обрадовался встрече, что хотел было обнять 'старого' приятеля, но все же ограничился рукопожатием!

– Привет! Каким ветром сюда занесло?

Хотя контракт Ковальски подписал в одно время с Антоном, но лечение в клинике закончил на месяц раньше и отбыл в неизвестном направлении. И о товарище Ветров ничего не знал.

– Да нашу роту к вам перевели, вроде, здесь совместные учения планируют. И отсюда на выпускной марш-бросок отправлять собираются.

– Здорово. А где обитал-то это время?

– Неподалеку. Наш лагерь милях в двухсот от этого...

Поговорить приятелям не дали. В столовую забежал какой-то незнакомый курсант и крикнул:

– Ковальски, ты чего тут рассиживаешься, там тебя сержант разыскивает.

– Дьявол, и поесть не успел, - чертыхнулся Ник, - О`кей, я побежал, вечером поболтаем.

– Обязательно.

Однако пообщаться с товарищем вечером не удалось. Роту Ковальски загнали на учения. А через два дня отправили на марш-бросок, после чего Антон приятеля не видел. Насколько Ветров понял, подготовка рекрутов из роты Ника закончилось, и их разобрали по действующим армейским подразделениям. А спустя три недели подошло время реальных учений и для взвода Антона.

– Первый взвод, на погрузку!
– скомандовал сержант-инструктор Райс.

Рекруты гуськом двинулись к вертолету. По внешнему виду геликоптер не слишком отличался от своих предшественников двадцать первого века - те же винты, хвост, ракетные установки по бортам. Если бы не гауссовская установка на носу, машину вполне можно было принять за раритетный образец из музея. Даже размеры, на взгляд экса, привычные. В свое время Ветрову пришлось полетать на разных турбинных и винтокрылых агрегатах, поэтому сравнивать было с чем. А вот размеры соседнего борта, куда грузились второй и третий взводы, внушали уважение. Раз в десять больше первого вертолета. Левиафан авиации просто. Ведь помимо двух взводов рекрутов на этот борт приняли бронетехнику, беспилотники, штабную машину, масс-детекторы и кучу иного груза. В своем времени Ветров таких монстров не встречал. И не слышал о чем-то подобном. Огромные транспортные самолеты существовали, но с гигантскими вертолетами, насколько помнил экс, не сложилось.

На занятиях рекрутам рассказывали о больших транспортниках СГ-500, показывали видео, но одно дело - теория, а другое - посмотреть вблизи. А ведь есть еще авиакатера класса 'планета-космос', те, вообще, здоровенные...

Едва не споткнувшись, Антон мысленно выругался и отвернулся от 'левиафана'. Не хватало 'счастья' растянуться перед трапом в этой тяжеленной сбруе. Поднявшись вместе с другими рекрутами на борт, Ветров уселся около иллюминатора, сунул в держатель штатный 'роулс' и, по примеру сержанта-инструктора, снял шлем. С любопытством огляделся. Удивительно, но обстановка внутри - один в один вертолет двадцать первого века.

– Не знаешь, сколько лететь будем?
– ткнул экса в бок Раванелли.

– Откуда я знаю, вон, у сержанта спроси.

– Я уже спрашивал

– И что?

– Не ответил. И пообещал, что если я не прекращу надоедать ему с глупыми вопросами - отберет сухпай и оставит меня без кормежки на все время учений.

– Серьезная угроза, - засмеялся сидевший рядом Новиков.
– Тебе ведь лишь бы пожрать, да в карты поиграть.

– Типа сам не жрешь и не играешь, - огрызнулся Раванелли.

– Я не такой профи, как ты, - продолжил издеваться Новиков.
– И вообще, круто он тебя уел: надоешь - недоешь.

– Что ты вечно к словам цепляешься, юморист хренов.

Новиков намеревался что-то ответить, но взревел двигатель, и пикировка автоматически прекратилась. Спокойно разговаривать под надсадный вой турбин было невозможно, а надрывать глотку никому не хотелось.

Вертолет дернулся и взмыл в воздух.

За неполный час полета болтанка, шум двигателя и винтов успели изрядно измотать нервы, и Ветров едва не подпрыгнул от радости, дождавшись отмашки Райса, означавшей: 'приготовиться к высадке'. Рекруты стали вытаскивать оружие и подниматься. Антон присоединился к товарищам - напялил шлем, подхватил автомат и пристроился в спину Раванелли. На инструктаже им говорили, что высаживаться предстоит с воздуха, поэтому экса слегка потряхивало, и внизу живота собрался ледяной комочек. А ну как заставят сигать с высоты трехэтажного дома - ноги переломаешь. Да и опозорится проще простого. Нет, рекрутов, конечно, тренировали прыгать с разных высот, но одно дело соскочить с неподвижного бревна, а другое - выбрасываться из летящего вертолета. Вдруг страх высоты так прижмет, что Антон не сумеет самостоятельно шагнуть за борт? Насмешек тогда не оберешься. В голову назойливо лезли неприятные картинки: Антон изо всех сил цепляется за поручень, а сержант Райс помогает преодолеть боязнь высоты анекдотически классическим способом - пинком под зад.