А Вэра вроде бы и не торопился, крутил головой, отходил в сторону, нагибался, осматривал траву, почву, нюхал воздух, трогал землю рукой. Искал следы. Антон же о том, чтобы смотреть по сторонам или нагибаться и не думал. Не до мятежников и прочих сюрпризов среднего и дальнего периметров. Сил и сосредоточенности хватало лишь на то, чтобы пялиться в спину Вэра и передвигать ногами. Упирался что есть мочи, а в голове билась одна мысль: 'Не отстать!'. Поэтому Ветров уже мало что соображал, когда выскочил на берег небольшого ручья и увидел стаю свордеров. Точнее - не увидел, а сначала почувствовал опасность. Причем внезапно.

Подбрюшье мгновенно заморозило, словно в него мешок колотого льда высыпали. Ветров едва не заорал от неожиданности. Почти сразу же раздался чей-то вскрик (не экса), и гулко заухал 'роулс' Вэра. Еще не понимая, что происходит, Антон рефлекторно сдернул автомат, выставил перед собой и упал и на одно колено. А затем увидел мчащихся на него двух свордеров. И едва в штаны не навалил от... столь радикально-наглядного воплощения персональной фобии. Ноги отчего-то ослабли, куски льда в потрохах смерзлись в айсберг, и захотелось бросить автомат, повалиться на землю и закрыть глаза. И представить, что происходящее - дурной, сон. 'Вспомнить', что 'в действительности' Антон находится далеко-далеко от материка Этана и планеты Лаура, от этого леса, ручья и смертельно опасных хищников с костяными наростами на хвостах. И в пространстве, и во времени. Желательно - в десятках парсеков, а можно и в сотнях лет.

К счастью, тело работало отдельно от головы. Сообразно обстановке. Душевные терзания не сказались на действиях Антона. Руки сами навели ствол, и навстречу оскаленным мордам тварей полился плотный свинцовый дождь. Потом полетели гранаты. Две штуки, если память не изменяет. Кажется - тоже совершенно самостоятельно. Без участия в применении боеприпаса рядового второго класса Ветрова. По крайней мере - сознательного.

Взрывы гранат слегка встряхнули мозги (и не только - зубы нехило лязгнули) и привели Антона в чувство. Ох, как знатно приложило-то, чуть душу не вывернуло. И что характерно - желание упасть лицом в землю и посмотреть мирные сны испарилось. Ведь свордерам того и надо - сожрут в один присест. Или в два-три, в зависимости от числа жрущих. Правда, не конкретно эта парочка - валяются туши с оторванными лапами-хвостами и не шевелятся. Сдохли, сволочи! Не по вкусу пули с гранатами. На салат их посек.

Машинально поменяв магазин, Ветров сместился к ближайшему крупному дереву и укрылся за ним. Выглянул с одной и другой стороны ствола. Никто не нападал, в секторе наблюдения виднелись лишь разорванные туши 'посеченной на салат' парочки хищников. Ни Вэра, ни кричавшего человека, ни других мечехвостых тварей в поле зрения не было. Остальное кусты и деревья загораживают. И выстрелов, криков, рычания тварей, хруста ломающихся костей, треска веток не слышно. Нет характерных для боя или нападения хищников шумов. Хотя после сдвоенного взрыва в ушах звенит, а в голову словно резанной бумаги напихали - слухач из Антона тот еще, но выстрелы и крики в любом случае распознал бы. А так только странное журчание доносится, притом - не речное. Шума текущей воды Ветров не слышал - далековато до ручья. Журчание немного походило на пение.

Песня? Да нет, бред какой-то.

Мелькнуло мимолетное желание крикнуть, обозначив себя перед напарником и заодно перед неизвестным 'певцом', но тут же пропало. Нет уж, ученые, плавали-знаем, лучше помалкивать будем. Если Вэра живой - наверняка в курсе, где Антон, а если уже нет, то и орать, демаскируя себя, незачем. А то, не ровен час, на шум и мечехвостые твари могут подтянуться.

Однако обстановку узнать нужно.

Ветров отлип от дерева и короткими перебежками двинулся в сторону ручья. Непонятные звуки приближались. То ли рычание, то ли урчание, то ли журчание, то ли ворчание. Теперь Антон с уверенностью мог сказать, что звуки издает не ручей - его плеск слышался отдельно, вплетаясь в мелодию ворчания-журчания. И явно не животное рычит. Песня - не песня, но голос человеческий.

Миновав наиболее обширные заросли кустов, выскочил на берег. И увидел несколько валяющихся туш свордеров. Нервно дернул вправо-влево стволом 'роулса'. Никто с раззявленной пастью или занесенным хвостом не бросился. И чуйка помалкивает. Антон перевел дыхание. Непосредственной опасности, кажется, нет. Но палец со спускового крючка не снял - мало ли.

Осмотрелся уже спокойнее.

'Пение' доносилось из-за большого - в полтора человеческих роста - камня, расположенного метрах в пяти от берега. Можно сказать, обломка скалы. Неподалеку от камня на берегу валялось пять свордерских туш. Признаков жизни никто из хищников не подавал. Вернее, одна туша трепыхалась, дергала хвостом и задними лапами, но, очевидно, свордер просто агонизировал, поскольку вся шкура у него была в крови и отсутствовала половина черепа. Остальные и не шевелились. С двумя хищниками картина была понятная. Ясен пень, трудно шевелиться, если передние лапы вместе с башкой оторваны или хребет фактически пополам перерублен. Явно Вэра постарался - автоматными очередями располосовал. А вот две других туши - вполне себе целенькие на вид. Без крови, без видимых повреждений. Странно. Интересно, кто их оприходовал и каким макаром? Да и оприходовал ли? А то вдруг спят, в отключке или притворяются? Подойдешь поближе, а они подскочат и цапнут за ляжку. Или хвостом-мечом приголубят. На фиг - на фиг. Подальше от 'целеньких' свордеров надо держаться.

Интересно, а мясо свордеров вкусное? Если промариновать и шашлык сделать? Антон негромко чертыхнулся. Ох, что-то не туда мысли занесло. Как бы самого не сожрали.

А вон, кстати, и Вэра лежит, рядом с агонизирующей тварью. И тоже не шевелится. И, кажется, в крови. Подавив порыв броситься к товарищу и оказать помощь, Ветров двинулся дальше. Не сейчас, потом разберемся. От его метаний толку не будет: если Вэра ранен легко, то небольшая задержка не критична, а если тяжело - то все равно Антон реально помочь не сумеет - не хирург ведь. Сначала надо на 'певца' посмотреть. И самому поберечься.

По широкой дуге осторожно обошел неповрежденные туши, двигаясь на голос неизвестного 'певца'. Наконец, пространство за каменным обломком оказалось в поле зрения. Ничего себе! От увиденного у Антона едва челюсть не отпала. С грохотом опрокидывающегося книжного шкафа. Благо, что экс успел захлопнуть рот, пока челюсть ноги не отдавила. На берегу возле скального обломка стояла полураздетая длинноволосая девушка и что-то бормотала. Или наговаривала. Именно этот наговор-бормотание Антон принял сначала за журчание, а потом - за пение. Одной рукой девушка опиралась о камень, а второй выписывала фигуры... перед мордой свордера. Здоровенного - по размеру раза в полтора крупнее своих валяющихся за скалой собратьев. Прямо-таки выставочный экземпляр, король породы. Свордерище. И что интересно - данный король породы не бросался на девушку, а стоял на месте и послушно водил мордой вслед за движениями руки.