Дома я уложил Вету (так она просила себя называть) на диван и хорошенько осмотрел ее. Я уже понял, что она была существом из иного, горнего мира. Внешне она ничем не отличалась от земных женщин, была хрупкого сложения, на вес – легкой, словно пушинка.

Я бросился к аптечке, но она остановила меня.

– Стас, лекарства земные мне сейчас не помогут. Для этого я должна вочеловечиться. Ты просто ляг рядом и обними меня. И еще - приложи свои ладоши к моим ранам. И произойдет чудо!

Меня ошарашили ее слова. Откуда она знает мое имя? Почему ее лицо мне кажется до боли знакомым? И я лег с нею, и прикладывал руки к ее ранам на плечах, на груди, на ребрах, на спине, на бедрах. Я затягивал ей раны на ее стройных ногах.

А потом просто лежал рядом, обняв ее холодное невесомое тело, и она постепенно нагревалась, оттаивала, наполнялась жизнью.

И тут сердце мое забилось. Мой взгляд остановился на репродукции с картины Боттичелли «Рождение Венеры», которая висела на стене. Моя новая знакомая Вета была точной копией этой Венеры.

– Да, - прошептала Вета, словно угадав мои мысли, - я приняла именно этот облик, потому, что тебе нравится эта женщина. В своем мире я выгляжу немного по-другому.

– Да, Вета, как это хорошо, - прошептал я ей в ответ. – Но почему я обнимаю тебя и почти ничего не чувствую?

Вета повернулась ко мне лицом и улыбнулась.

– Пройдет немного времени, я стану полностью человеком, и ты почувствуешь меня, как женщину. Обнимая меня, ты отдаешь мне свою силу, часть земной сущности…

Действительно, прошло какое-то время, мы лежали рядом, в тесных объятиях, и тело Веты постепенно теплело и круглилось, временами отдавало жаром. В нем пульсировала кровь, билась жизнь, и наши тела само собою сплелись еще более тесно, и тело мое стало частью тела Веты, и мы растворились друг в друге, и ее жаркий поцелуй поглотил мои уста, бросил меня куда-то ввысь, в иные сферы, и когда я проснулся, я почувствовал себя легким и сильным, а рядом со мною спала красивая нагая женщина.

Еще минуту спустя, она, как будто почувствовав мое пробуждение, распахнула свои божественные глаза, и оказалась под потолком. Она парила рядом с венецианской люстрой, украшая ее всевозможными чудными цветами, а потом плавно подплыла к стене, и мой старенький потертый ковер украсился необыкновенной голубизны небом, и благолепными долинами с кудрявыми деревьями, и дриадами, затаившимися в густой листве. И стояли рядом и олень, лев, и тигр, и телец, и заяц с волком, и все это красовалось, дружило и танцевало…

Еще миг, и Вета повлекла меня на кухню. Я даже не помню, шла она босоногой, или, все же парила над ковровой дорожкой, но, с ее приходом, кухня преобразилась в немыслимое в обыденном мире царство хрусталя и тончайшего фарфора.

И аромат кофе, и сладких, с земляникой, булочек, которые таяли во рту, заполнил мои покои.

Так началась наша с Ветой трехдневная жизнь. Для начала мы нашли для нее одеяние: из кусков тканей она быстро соорудила себе светло-серый жакет с коротким рукавом, темную облегающую юбку, и стала просто воплощением миловидности и изящества.

Во время наших длительных прогулок по городу и за его окрестностями мы говорили немного, просто витали над землей с улыбкой на устах. Но все же я решился спросить:

– Кто ты?

– Я – ангел, - ответила она. – Моя обязанность помогать людям, которые попали в затруднительное, или бедственное положение. Я рею незримая над городом, наблюдаю различных людей и прилетаю к ним на помощь.

– Как же это происходит? Каким образом ты узнаешь, что помощь необходима? – спрашивал я.

– Я улавливаю мысли и желания людей, их тоску и горести. И если эти желания хорошие и добрые, направленные на благовидное дело, я стараюсь помогать их воплощать.

– А как происходит исполнение желания?

– Обычно человек сам его воплощает, а я лишь направляю и помогаю. Поэтому больших затрат небесной энергии не происходит. Ну вот, увидела студента, который всю ночь штудировал учебники и готовился. Ну почему бы ему не вытянуть самый желанный билет? Или, например, влюбленные договорились о встрече. Девушка нетерпеливо ждет своего возлюбленного у памятника, он, из-за затора на дороге не может вовремя добраться к ней. Еще минута, и она уйдет, разочаровавшись в нем… В волнении юноша выскакивает из застывшего трамвая, перебегает на другую улицу, и я посылаю ему одного доброго знакомого на автомобиле. И вот он уже на месте и его подруга тонет в объятиях. Или вот, сидит целый день рыбак у речки и мечтает принести домой хороший улов. Почему бы ему не поймать самую большую рыбу?

– Ну, хорошо, это даже здорово, что ты так помогаешь! Но, почему же, ты оказалась в таком ужасном состоянии, вся разбитая?

– Я просто потратила очень много сил. Я помогала одному старику, который так мечтал получить весточку от сына. Этот отпрыск блуждал по свету и не хотел видеть своего отца, да и думать о нем забыл. И старик страдал. И вот наконец-то отец получил письмо. Сын не собирался общаться с отцом и писать ему, и представь, сколько я потеряла сил, чтобы убедить его, внушить ему необходимые мысли. В это время он весь горячо метался в противоречиях, как в бреду… А потом, я помогала одной очень больной женщине. Абсолютно одинокая лежала она на белых простынях в палате, очень страдала, и вот банка с водой на ее тумбочке украсилась цветами, это ей принес ее брат, который совсем позабыл о своей сестре, и ты понимаешь, кто ему напомнил о ней... А потом началась моя борьба с силами, подписавшими ей приговор. Мне там, в небесной канцелярии, тыкали в лицо уже готовым решением ее судьбы, а я выступила против этого решения. Вытянула у нее болезнь и вошла в конфликт с такими стихиями, что с грозовым разрядом была низвергнута наземь. И только ты мне мог помочь!