— Оя-оя, Занзас, уже так быстро уезжаешь? Разрушил мои владения и даже не поздоровался, неприлично-неприлично, — наигранным тоном упрекнул Рокудо.

Анита в ужасе развернулась. Мукуро, облачившись в белую рубашку и черный плащ, приближался к троице подозрительно смеясь.

«Господи! Что он задумал! Что бы это ни было, не надо!».

— У меня нет лишнего времени на мусор, — отрезал мужчина, развернувшись к иллюзионисту. Вишневые очи теперь горели не раздражением, а злостью, как только он увидел, как наглая рука Рокудо обняла девушку за плечи. Как какой-то кокуевский мусор посмел дотронуться до его мусора. В такой момент просыпалось только одно желание — уничтожить.

Анита вздрогнула и попыталась отпрыгнуть, но Мукуро крепко прижал её к себе.

— Ты чего творишь? — в ужасе прошептала девушка.

— Ку-фу-фу, хочу тебе помочь проверить, если у Занзаса к тебе чувства, — шепчет он ей на ушко, обжигая дыханием, а громче уже говорит: — У тебя потрясающий экстрасенс. Прошу, относись к ней бережно, она настоящая драгоценность.

— Убрал от неё руки, мусор, — спокойным тоном приказывает Занзас, а внутри уже все закипает.

А Мукуро, как будто ничего не понимая, смеется, и подливает в масло в огонь еще больше, целуя девушку в висок.

Анита в этот момент прощается с жизнью, наблюдая, как руки Занзаса сжимаются в кулаки, а на лице медленно, но ясно проступают шрамы.

— Только не это, ты что наделал, — причитает Анита, пытаясь вырваться из рук Мукуро, но тот не отпускает.

— Мусор, как ты смеешь прикасаться к моей женщине.

«Моей женщине?», — Анита вздрогнула от одной только фразы, глупая радость наполнила её. — «Я — его женщина».

— Ты будешь умирать медленно и мучительно, — в руке Босса Варии вспыхнуло пламя ярости.

Анита сглотнула, Мукуро наконец отпустил.

— И так внимание! — провозгласил Фран. — Начинается дуэль Занзас vs Мукуро. Победителю достанется Анита-сан. Просим занять всех свои места и насладиться поединком. Слабонервным просьба удалиться.

— Эй, — воскликнула девушка. — Не неси чушь!

— Оя? Дуэль? Что же, за Аниту я буду только рад вступить в поединок, — в руке Рокудо из синего пламени трансформировался трезубец.

— Только не это! — Анита в ужасе отпрыгнула на приличное расстояние, и в этот момент оранжевое пламя ударило в сторону синего.

Рокудо растворился в иллюзии, и, как ни в чем не бывало, материализовался возле Аниты, довольно смеясь.

— Зачем ты это делаешь?

— Просто хочу помочь, — снова это глупая отговорка, которую девушка абсолютно не понимает.

— Да он себя не контролирует, когда…

Но брюнетка договорить не успела, заметив, как в руке Занзас появились пистолеты, не предвещающие ничего хорошего. Нервно сглотнув, девушка попятилась в сторону, а иллюзионисту хоть бы что, даже бровью не повел.

— Завались! — прорычал мафиози, стреляя в его сторону.

Вот только волна удара охватила, куда больший периметр. Анита прикрылась руками, понимая, что отбежать уже не успеет, и остается надеяться только на чудо. Однако что-то пошло не так, она почувствовала, как её толкнули в сторону, подхватив на руки, одно мгновение она уже чувствует землю под ногами. Боясь открыть глаза, Анита, вцепилась руками в ворот чужого плаща.

— Ку-фу-фу, мы его и вправду сильно разозлили.

Но Аните было не до смеха, распахнув ядовито-зеленые глаза, она замахнулась рукой, собираясь ударить иллюзиониста, но он успел увернуться.

— Самоубийца, — голос Занзаса звучал уже слишком хриплым от гнева.

Брюнетка, открыв глаза, наблюдала, как Босс Варии приближается к ним, заряжая пистолеты новой порцией пламенем ярости.

— Что же, — прошептал Рокудо, все так же прижимая девушку к своей груди, — теперь я могу быть спокоен, моя милая Анита в надежных руках.

Мукуро ослабил хватку, выпуская девушку из своих объятий. Анита немедля вскочила на ноги, подбежав к Занзасу. Сейчас самоубийцей можно смело назвать её. Как ни в чем не бывало, подлетела к мужчине и, сложив ладошки, молящим голосом пролепетала:

— Пожалуйста, Занзас, давай уедем, он не стоит твоего гнева.

Она заранее, зажмурившись, сжалась, готовясь получить удар. От разгневанного мужчины сейчас можно было ожидать все, что угодно. Его глаза горели кровавым светом, он был готов убить всех одним выстрелом, но рука предательски дрогнула, стоило только этой чертовой женщине сложить ладошки, опустить голову, безмолвно извиняясь. Никогда он еще не видел её такой покорной. До тошноты покорной. А все ради какого-то ублюдка? Из-за это хотелось снести её башку с удвоенным желанием.