Последнее замечание Крячко ее явно задело. Это не укрылось от внимания Гурова. Что именно покоробило Верочку, было непонятно. Понизив голос, он спросил:

– Вы что-то знаете, Верочка? Зачем нас вызвал генерал? И чего ради мы торчим тут битый час?

– Не понимаю, о чем вы. – Краска прилила к щекам секретарши, выдавая ее с головой. – О своих планах генерал мне не докладывает.

– Он – нет, но ведь на то ты и секретарь, чтобы знать гораздо больше того, во что желает посвятить тебя босс, – соскакивая с подоконника, заметил Крячко. – Ну же, не томи, Верочка, открой папе Стасу свой секрет! Не сомневайся, все, что ты скажешь, уйдет со мной в могилу.

– Да прекратите вы! – резко оборвала его Верочка. – Как можно над этим смеяться?!

– Что с тобой? – Стас опешил, не ожидая подобной горячности от вечно сдержанной Верочки.

– Вас смутили слова «душить» и «могила»? – догадался Гуров. – Это и есть причина внезапного отъезда генерала. Нам снова хотят навязать дело сверху? Оно хоть стоящее?

– Ладно, скажу то, что знаю, – сдалась Верочка. – Только не думайте, что я открываю вам страшную тайну. Вы бы так и так об этом узнали.

– И в мыслях не было, – заверил ее Лев.

– Генерала вызвали насчет этого маньяка, – трагическим шепотом поведала секретарша. – Был звонок. Генерал так громко разговаривал, что слышно было по всему этажу. Нашли еще одну жертву. Похоже, останавливаться ваш маньяк не собирается.

– Да ладно! Какой там маньяк! Ни крови, ни насилия. Психопат – да, но не маньяк. – Крячко снова уселся на подоконник. – Говорить не о чем, не то что расследовать. Прошерстят всех бывших пациентов психушек и выйдут на него. Не думаю, что наша помощь тут уместна.

– Не скажите, – запальчиво возразила Верочка. – Может, он и псих, но от этого только страшнее. В городе поговаривают, что найдены далеко не все его жертвы. Говорят, что их гораздо больше, а власти либо умалчивают этот факт, либо не могут их отыскать.

– Верочка, вы же сотрудник полиции, – мягко произнес Гуров. – Вам ли сплетни собирать?

– Никакие это не сплетни! – отрезала она. – Люди зря болтать не станут. И откуда бы такой интерес у прессы, если бы дело не было сенсационным? Уж они-то на сенсации нюх имеют. Говорю вам, генерал приедет с кучей подробностей. Вот тогда и посмотрим, кто из нас прав, а кто сплетни собирает.

Из коридора донеслись торопливые шаги. Крячко едва успел соскочить с подоконника, как дверь приемной распахнулась, и на пороге появился генерал Орлов.

– Здравия желаю, Петр Николаевич! – вставая, поздоровался Гуров.

– Вы уже здесь? Оперативно. Пошли в кабинет, – не отвечая на приветствие, приказал Орлов. – Верочка, меня ни для кого нет.

– Совсем ни для кого? – уточнила секретарша. – И до которого часа?

– До тех пор, пока не закончу с этими двумя, – бросил генерал, скрываясь за дверью кабинета. – Ни с кем не соединять, никого не впускать! В общем, не беспокоить!

Оба полковника последовали за генералом. Дверь закрылась. Орлов сбросил китель, ослабил узел галстука и, устало опустившись в кресло, закрыл глаза. Гуров и Крячко переминались с ноги на ногу, не решаясь сесть. Генерал молчал, будто забыв о подчиненных. Спустя минуту не отличающийся терпением Крячко коротко кашлянул, напоминая о своем присутствии. Орлов открыл глаза, махнул рукой, приказывая полковникам сесть. Когда же устроились за столом, он выпрямился и заговорил:

– Значит, так, друзья-товарищи, город поставил перед нами очередную задачу, от успеха выполнения которой зависит честь всего Главка. В понедельник на планерке обсуждалось происшествие в пригороде Орехово-Зуево. Как ты там его назвал, Стас? Фермерские разборки? Так вот, вчера разборки продублировали. Только на этот раз к фермерам они не имеют никакого отношения. В лесополосе Вишняково найден труп мужчины. В том же состоянии, что и труп фермера. У нас серия, господа!

– Вот гадство! – не сдержавшись, выругался Крячко.

– Согласен, Стас, гадство, и с этим гадством придется разбираться вам с Гуровым.

Долгие годы совместной службы, давно перешедшие в крепкую дружбу, позволяли этим троим общаться в неуставной манере, поэтому высказывание Крячко ничуть не покоробило генерала. Он привык к непосредственности одного и сдержанности второго. Досада полковника Крячко была понятна генералу. Серийные убийства – самые сложные по раскрываемости, а спрос за результат – самый строгий. В таких делах успех всегда зависел от случая, как и выбор жертвы. Предотвратить нападение на случайную жертву – задача практически невыполнимая. Это все равно что носить воду решетом. Орлов ждал реплики Гурова, но тот молчал, ожидая продолжения.

– Подробности известны? – снова заговорил Крячко. – Личность убитого установлена? Кто на этот раз?

– Владислав Дрозинский, ведущий хирург районного стационара. Тридцать восемь лет, десять из которых проработал на одном месте.

– Кто обнаружил тело?

– Грибники. Трое подростков, решивших подзаработать на сборе грибов. Их нанял местный делец. Личность неприметная. Занимается переработкой овощей и фруктов, приторговывает на рынке, но основной доход имеет от снабжения консервированным товаром московских перекупщиков. Даже не знал, что существует такой бизнес. – Орлов потер переносицу. – Оказывается, в столице котируется базарная консервация. Совсем народ обленился, предпочитает покупать готовые огурцы-помидоры, а не выращивать их самостоятельно и тратить время на готовку.