Молли Кэрролл и Морин Райан собирались в магазин “Главный праздник”, специализирующийся на платьях для матерей невесты и жениха.

Они крепко сдружились и теперь наперебой советовали друг другу не транжирить деньги, не суетиться и не сходить с ума.

Их супруги, впрочем, прекрасно понимали, что подобные рассудительные слова — на самом деле боевой клич, предвещающий абсолютное безумие.

Женщины страстно обсуждали лакировку туфель, подбор сумочек и заказ профессионального визажиста.

Близнецы были сами не свои от волнения. Они слезно попросили о помощи Кэти и Тома.

— Зачем бы нам помогать собственным конкурентам? — шутливо спросил Том.

Он, в отличие от Кэти, не понимал, что с Мод и Саймоном шутить не стоит.

— Разумеется, мы придем и посмотрим, что можно сделать, — сказала Кэти.

— Честное слово, мы не являемся вашими конкурентами… — начал Саймон.

— Они не смогли бы позволить себе ваши услуги… — согласилась Мод.

— Жених потратил все деньги на кольцо с опалом, — осуждающе заметил Саймон.

— Так что, понимаете, на банкет осталось немного. — Мод хотела прояснить все до конца.

— Покажите нам этот зал, а мы скажем, что вам понадобится. — Кэти решительно оборвала монолог Мод и Саймона, грозивший растянуться до бесконечности. — Показывайте место, детки, и несите блокнот.

Вонни продемонстрировала Андреасу билет в Ирландию в надежде все же уговорить его.

— Поехали, дружище, — попросила она.

— Нет. Ты не хочешь за меня замуж, с какой стати я поеду через полмира, чтобы составить тебе компанию на чужой свадьбе?

— Андреас, наша свадьба была бы настоящим сумасшествием. Но ты мне нужен. Без тебя я могу снова начать пить.

— Неправда. Ты уже была в Ирландии и не пила. Почему же начнешь сейчас?

— Вдруг меня что-то выбьет из колеи.

— Нет. Из колеи тебя выбила моя страна и мои соотечественники. Но ты излечилась.

— Окончательно излечиться невозможно.

— Ну, во всяком случае, ты очень и очень близка к исцелению. — Андреас ободряюще похлопал ее по руке.

Мать Давида Файна удивилась, когда он рассказал, что едет на свадьбу в Ирландию.

— Это та девушка, что приезжала сюда, когда твоему отцу поставили диагноз? — спросила она.

— Верно, мама. Фиона.

— Тогда мне показалось, что вы нравитесь друг другу.

— О нет, вовсе нет. Она тогда была влюблена в одного сумасшедшего, но, к счастью, это давно в прошлом, — объяснил Давид.

— Так она выходит замуж не за того сумасшедшего?

— Нет, женитьба — это последнее, о чем он вообще мог подумать.

— Как думаешь, это будет католическая свадьба?

— Почти наверняка.

— Нужно, чтобы кто-нибудь подсказывал тебе, Давид, когда вставать, когда садиться, когда опускаться на колени.

— О, я просто буду наблюдать за остальными, — небрежно отмахнулся Давид.

— Интересно, свадьба будет костюмированная?

— Понятия не имею. Она выходит замуж за доктора. Он рыжий и очень добрый. Она очень взволнована.

— Разумеется, она взволнована, — подтвердила мать Давида. — Она ведь выходит замуж за доктора!

— Нужно послать на свадьбу цветы, — сказала Эльза.

— Подумать только. Вонни возвращается ради такого случая в Ирландию, — заметил Том.

— Жаль, что мы не можем поехать. Куда послать цветы, как думаешь? — спросила она.

— Она упоминала какую-то церковь рядом с Лиффи. Думаю, флорист должен знать, — ответил Том.

— Ну, или, возможно, у нас есть ее домашний адрес.

— Я рад, что она счастлива, — добавил Том. — Этот парень ей гораздо больше подходит.

— Почти кто угодно подошел бы ей больше, чем Шейн, — ответила Эльза.

Бобби Уолш знал о происходящем больше, чем кто-либо мог предположить. Но он не спешил демонстрировать Розмари свою осведомленность. Вместо этого он снял квартиру для сына — поближе к городу. Теперь Карлу будет удобнее ездить на работу в школу. И Ане так будет лучше. Бобби потихоньку, из случайных разрозненных реплик — и не в последнюю очередь из того, о чем рассказчики умалчивали, — восстановил для себя цепочку событий памятного вечера.

Больше всего рассказал Джонни из тренажерного зала и новенькая девушка, Эми, которая так странно одевалась и делала Анину работу. Она поведала, что маленькая полячка уехала домой, оттого что ее взбесила какая-то старая карга: ведьма решила, что Аня — наемная прислуга, хотя на вечеринку ее пригласил сын хозяев дома.