Колт улыбнулся:

— Этот парень попадёт в книги по истории, Салли, у тебя будет своя страничка в интернет энциклопедиях.

Салли улыбнулся в ответ:

— Тогда лучше попросить Лорейн сделать мне достойное фото.

Колт хлопнул его по плечу и сжал руку. Они покинули спальню и пошли по коридору, обходя кровавый след. Салли остановился на верхней площадке лестницы.

— Как Феб? — спросил он, когда Колт повернулся к нему.

— Держится.

— Это меня удивляет, да и всех остальных. Я думал, она потеряет голову и сбежит. — Он помолчал. — Это хороший сюрприз.

— Да.

— У неё получится продержаться до конца?

— Ей есть кому помочь.

Салли внимательно посмотрел на него.

— Да. Есть. — Он вздохнул и сказал: — Послушай, мужик, повсюду ходят слухи об этом дерьме и про вас с Феб, а теперь я услышал от Лорейн, что Мелани...

— Она звонила сегодня утром.

Салли даже покачнулся от удивления.

— Бля, правда?

Колт кивнул.

— Колт... мужик, тебе лучше знать, что говорят...

— Говорят верно. Она звонила, хотела поужинать, поговорить.

— Вы ужинаете? — тихо спросил Салли.

— Нет.

Брови Салли взлетели вверх.

— Нет? И всё?

— И всё.

— Господи.

— Ей следовало позвонить три года назад, Салли, — сказал Колт.

Салли многозначительно посмотрел на него и улыбнулся:

— Феб.

Колт не видел причин отпираться и подтвердил:

— Феб.

Салли качнулся на пятках, продолжая улыбаться, но теперь он улыбался, как ненормальный, он был очень счастлив.

— Как думаешь, каковы твои шансы?

— Не знаю. Тебе придётся подождать и выяснить, как и мне.

Колт не стал больше терять времени, он и так задержался. Он попрощался с Салли, развернулся и сбежал вниз по лестнице.

Салли окликнул его, поддразнивая:

— Проведёшь вечер на своём месте в «Джек и Джеки»?

— Нет, у себя дома с пиццей от Реджи, пивом, бильярдным кием и Феб, — крикнул Колт в ответ, не глядя вверх и не заботясь о том, кто его услышит. Он спустился до последней ступеньки, прошёл через элегантный холл и вышел за дверь.

Колт нёс к входной двери упаковку пива, а Феб — коробку с пиццей.

Как только они вошли в дом, на них обрушился запах краски.

— Вот дерьмо, — пробормотала Феб, и Колт улыбнулся.

Колт закрыл и запер дверь, повернулся и увидел, что Феб уже на кухне. Она поставила коробку на столешницу, когда в кухню вошёл Колт. Он убрал пиво в холодильник, взял Феб за руку и потянул её из кухни.

Феб потянула руку назад.

— Колт.

В гостиную вошёл Уилсон и громко мяукнул.

— Тихо, пупсик, — сказала Феб коту.

— Пупсик? — спросил Колт через плечо, таща её по коридору.

Она многозначительно глянула на него и спросила:

— Не хочешь объяснить, зачем...

Она замолчала, когда он резко остановился у двери во вторую спальню и притянул Феб к своему боку. Протянув руку, он включил свет.

Посреди комнаты лежал матрас и простое стальное основание кровати с пружинами, они были завернуты в полиэтилен. Больше в комнате ничего не было, а стены были покрыты первым слоем краски.

— Похоже, у тебя появится гостевая спальня, — заметила Феб.

Колт продолжал смотреть. Эта комната была забита разными вещами, большую часть которых он даже не помнил. Разобрать их, покрасить стены и привезти новую мебель, и всё в один день — это просто чудо.

— Твоя мама не теряет времени, — заметил Колт.

— Надеюсь, здесь не было чего-то особенно важного для тебя.

Колт посмотрел на неё:

— Единственная важная вещь — живое дыхание.

Колт видел, что она перестала дышать и посмотрела ему прямо в глаза, как делала это в последнее время. В её взгляде было удивление и что-то ещё, что-то приветственное, Колт очень надеялся, что ему не показалось и это было приглашение.

Всё ещё держа её руку в своей, он потянулся и выключил свет, потом отвёл Феб обратно в кухню и отпустил.

Она пошла к коробке с пиццей, а он отправился за пивом.

— У тебя есть выбор Феб: ты можешь съесть пиццу, а потом я расскажу тебе плохие новости, или сначала я расскажу тебе плохие новости, а потом ты съешь пиццу.

Взяв две бутылки, он отвернулся от холодильника и увидел, как она уронила крышку обратно на коробку и повернулась к нему.

— Сначала плохие новости, потом пицца, — ответила она тихим, дрожащим голосом. Она готовилась.