Они уехали. Некоторое время я сидел в ступоре, потом включил музыку и, немного придя в себя, тронул машину с места.

За несколько километров до своего города увидел одинокую девичью фигурку. Она? Быть такого не может! Я сбросил скорость.

Она. Та же одежда, та же причёска.

Я притормозил и, опустив правое стекло, поинтересовался:

— Где ваш друг?

Девушка глянула недобро и ускорила шаг. Красивая походка. Я даже залюбовался. Крикнул:

— До города десять километров. Садитесь, подвезу.

Никакой реакции. Наверное, стоило уехать, но девчонку было жалко. Мелькнула мысль, что она у этого бугая такая же случайная жертва, как и я. Так мы прошли-проехали около полукилометра. В конце концов, моя попутчица шагнула к машине, дёрнула заднюю дверцу. Резко села на сиденье и отвернулась к окну.

— Будем молчать? — спросил я через некоторое время.

— А что вы хотите услышать?

— Например, играешь ли ты сейчас на скрипке?

Девчонка дёрнулась. В зеркале заднего вида мелькнули её злые глаза.

— Нет, — сказала она.

— Почему?

— Нехотца.

— А что хотца? — спросил я и понял, что зря.

— Выйти.

— Не надо. Лучше помолчим.

Мы въехали в город.

— Где тебя высадить?

— Всё равно.

— Можно здесь?

— Можно.

— А подальше?

— Можно подальше.

— А точнее?

— Мне всё равно.

Мы доехали до площади.

— Здесь?

— Здесь.

— Я был в жюри на том музыкальном конкурсе, — зачем-то сказал я.

— Да? — равнодушно удивилась девчонка. — Не помню.

— Кто этот твой парень?

— Гера? Хотите подружиться? Не советую.

— Бандит. Или просто отморозок?

— Он выбросил его из машины, — тихо сказала моя случайная попутчица. — Прямо на ходу.

— Кого?

— Котёнка. Ему плохо стало, укачало. Он срыгнул на сиденье. Гера его в окно. Потом остановился и выкинул чехол в канаву. Ругался. Я пошла искать, а он мёртвый.

Я молчал и слушал.

— Гера звал меня, а я спряталась в кустах. Он выругался и уехал.

Кажется, девчонка ещё пребывала в шоке.

— Давай я тебя к дому подвезу.

— У меня нет дома. — Она выскочила из машины и быстро-быстро направилась в сторону пятиэтажек.

Я загнал автомобиль во двор, запер ворота. Гараж был далеко, на краю города. Дома согрел чаю, плеснул в него коньяка, попытался слушать Джо Ли Хукера. Нет, сегодняшний вечер не для блюзменов. Вспоминалась красивая девчонка с трассы, её походка и наш нелепый краткий разговор. Подступила дрёма.

У меня при засыпании в голове часто рождается музыка. Звучит бас и ударник, вступают гитарные рифы, вливаются новые инструменты, различные эффекты.

В эту ночь я тоже сочинял музыку. Один за другим жуткими диссонансами нанизывались на мрачный бас визгливые скрипичные пассажи. Они толкались, налезали друг на друга, складываясь в какую-то немыслимую мелодию. Зверскую и жестокую.

Проснулся я от резкого сигнала своей машины. Его невозможно ни с чем спутать. Сам устанавливал. Подскочил к окну. Ворота распахнуты. К бамперу автомобиля прицеплен трос. В ночном полумраке мелькнула тёмная фигура в спортивном костюме, вторая маячила в салоне. Угонщик наклонился, щёлкнул карабином, трос как змея пополз за ворота. Напарник выскочил из машины, и через пару секунд они скрылись в темноте улицы. Прозвучал негромкий шум мотора, стало тихо. Только сердце стучало в груди как бешеное, да тряслись руки.

Я вышел во двор, прикрыл ворота, захлопнул дверцу машины. Вернулся в дом и, не выключая свет, лёг на кровать. Не спалось. Несколько раз невольно вскакивал на каждый подозрительный шорох, хотя было понятно: воры не вернутся.

Утром выглянул в окно и замер от удивления. В салоне кто-то сидел. Я достал из ящика молоток и, стараясь не шуметь, выскользнул на улицу. Подобрался поближе, постучал костяшками пальцев в стекло. Никакой реакции. Труп, что ли, мне подсунули? Распахнул дверцу. На водительском сиденье сидел человек в брезентовом плаще, с накинутым на голову капюшоном и… дрожал.

— Эй! — сказал я.

Незнакомец повернул голову. Это была она — девушка с трассы, девушка с котёнком, девушка, игравшая на скрипке.

— Что ты тут делаешь? — спросил я, лихорадочно пытаясь выстроить в голове хоть какое-то предположение.

— Сплю, — прозвучал ответ.

— Ты вся трясёшься, пойдём в дом.

Она пила чай, я смотрел и ничего не понимал.

— Почему ты так одета? — спросил.

— Больше ничего не нашла.

— Сними. Быстрее согреешься. Дома тепло.