Шрифт:
– У-у-у-у….
– Но страшней всего их хоровод….
– Хоровод?
– Особое коллективное умение. Но для этого нужно по-настоящему много скальных гарпий. В общем – ты кричи если что. А я пойду прятать гранату в подушку Лори. Вот она обрадуется…. Аму, через три минуты разложи на столе все оставшиеся куски сырого мяса и обильно посыпь их красным порошком. Затем разбросай там и сям на участке. Но за стены не бросай! Только внутри стен. А мы пошли….
– Сделаю! Я люблю сыпать приправы!
Едва Кроу с Мифом скрылись под землей, как до их слуха донеслось три отрывистых рева боевого горна. Рев исходил от башни.
– Три раза прогудели – без нужды сказал Миф и вопросительно воззрился на пыхтящего от тяжести ящика товарища.
– Один из отрядов стражи вступил в бой – ответил гном, с кряхтением опуская ящик – Началось,… уже началось. И мы вроде успеваем. Ну что, Мифыч? Готов к большой драке без правил?
– Я жду с большим нетерпением – отозвался мастер карт, с легким бумажным шелестом тасуя толстую колоду – Драка без правил? Нет! Это моя первая великая битва! И я жду ее с очень большим нетерпением, Кроуччи. Спасибо тебе! Спасибо что пригласил!
Глава семнадцатая.
Трагедия времен древних на фоне трагедии грядущей…. Враг у ворот!
Сидя на краю большой ямы и весело болтая ногами, Миф читал вслух книгу, принесенную Кроу и отданную непоседливому кардмастеру – чтобы тот сидел на месте, не путался под ногами и не пытался исследовать подземные коридоры. Чтобы даже носа не совал в гробницу. Правда, там ничего такого и нет – прорытый подземный проход гном закрыл тяжелыми плитами в первую очередь. Ведь если придется принимать сюда беженцев, то за всеми не уследишь. Но рисковать Кроу не хотел. Равно как и врать другу. Если Миф случайно найдет проход, он тут же спросит «А что там?». И врать не хотелось, как и отвечать грубо «Не твое дело». Так нельзя. Поэтому пусть сидит, читает вслух и изредка передает инструменты.
Миф читал с надрывом, с выражением. Его голос скорбным эхом разносился по подземному коридору.
«Третий день второй недели. Месяц Феникса Золотого.
Сегодня сгорела последняя восковая свеча. Десятник загодя приказал наколоть лучин из дубового стула и мы не остались без света. Нам не придется переносить кромешную темноту.
Слава Руадилию! Слава! Ведь только благодаря его благословению, башня не рассыпалась и не погребла нас под руинами. Да, мы провалились в земные недра, нас завалило сырой землей и тяжкими камнями. Но мы живы! Пусть нас лишь шестеро осталось в живых, пусть мы все покрыты ранами и ушибами, но мы живы! Скорбим по погибшим товарищам, но сами мы живы! Правда, страж Дорисий медленно умирает, и мы ничем не можем ему помочь. Мы смачиваем его губы водой, шепчем слова утешения.
По очереди работаем над подкопом под стену. Из-за ран работа продвигается медленно – у меня самого сломана левая рука и спина болит так, что не могу разогнуться – во время первого и самого страшного толчка меня ударило спиной о стену башни, а руку перебило летящей скамьей. Но я не жалуюсь. Я копаю. Мы углубились уже на два человеческих роста, и мы уверены в скором избавлении от нашей тяжкой участи.
Проклятый Гласий Вонючка! Этот жирный гад плачет и плачет! Воняет и воняет! Не хочет работать! Жалуется на слабость! На жажду! Его огромное брюхо колышется и мерзко урчит – оно будто не часть его! Его брюхо будто прожорливая тварь живущая собственной жизнью! Десятнику сломало ноги. Он может лишь ползать. И лежа не земле, он рычит глухие проклятья Гласию, приказывая тому заткнуться и взяться за работу. Чертов Гласий покоряется, но при этом его жадные глаза не могут оторваться от дальнего угла, где на широкой доске лежат жалкие остатки нашей провизии…. А порой Гласий смотрит в другой угол, где присыпанные землей лежат наши погибшие товарищи….
Скорей! Ох скорее бы выбраться наружу! Я, Афокл Ломо, младший писарь, с истовой мольбою обращаясь к тебе, о Руадилий – избави нас от смерти лютой! Дай глазам нашим вновь узреть свет дневной! Уповаю на тебя и силу твою великую! Избави и защити!».
– Вот это да-а-а-а…. – протянул потрясенно Миф, захлопывая старую книгу – Вот это чтиво! Елы-палы! Жуть какая!
– Передай-ка вон ту шкатулку черную.
– Держи. А где ты взял эту книгу?
– Попалась в руки – улыбнулся перемазанный грязью гном – Подай лопату.
– Держи. Хочешь, я тебе дальше почитаю? Блин, Аму обидится, что я такую кошмарину без нее читал и без нее пугался! Она так любит пугаться вместе со мной!
– А теперь дай шесть медных колышек связанных черной проволокой.
– Держи. Черт! Не удержусь! Начинаю читать вслух!
Два прерывистых ревущих звука глухо донеслись сверху и не дали Мифу начать.
– Второй отряд вступил в бой – сказал гном – А первый отряд либо пал, либо отступил к посту.
– Сначала три рева, теперь два. А когда будет только один….
– Один и длинный. Враг у ворот – отозвался из ямы гном, аккуратно вбивая медные колышки в почву – Скоро услышим. Все, готово. Помогай закапывать.
– Можно я книгу заберу?
– Фигу! А мне что читать?
– Тогда дай почитать!
– Хорошо. После битвы.
– Круто! Всех замесим, а затем и почитаем….
– Давай наверх – буркнул Кроу, подталкивая Миф в плечо – Пора взглянуть врагу в его клыкастую злобную морду….
– И врезать по ней лопатой! – боевито отозвался мастер карт – Пошли!
Они зашагали прочь от подземной гробницы, направляясь к потускневшему солнечному свету. Снаружи послышался тревожный крик Аму:
– Черные тучи над нами! И в них что-то летает! Крылатое и живое!
– А вот и гарпии! – вскричал Миф, поспешно напяливая на голову стальной шлем с длинным острым навершием.
К этому моменту гном успел выскочить наружу, перейдя из царства подземной тьмы в королевство пасмурного сумрака. И замер у входа напряженно, цепко вглядываясь вверх. В небесах творилось нечто страшное. Черные тучи чуть ли не волочили по земле толстые и налитые влагой животы. Камень было можно докинуть без всякой натуги – черные клочья клубились на высоте трехэтажного дома с не самыми высокими потолками.