Позвонить в больницу. Убедиться, что с Надей все в порядке. Включить телефон, на который те типы пришлют снимки с деньгами.

Двадцать минут седьмого… «Тейроне, ты слишком паникуешь. Возьми себя в руки. Потерпи». Как говорится, поспешишь — людей насмешишь! Надо включить телевизор. О нападении на больницу непременно расскажут в выпуске новостей.

Он включил телевизор. Звонкие голоса детей в детской передаче казались ему слишком громкими и пронзительными, они нарушали утреннюю тишину. Он щелкал пультом снова и снова, убирая звук. Перешел к каналу новостей. Интервью с каким-то чернокожим незнакомым типом. Наверное, выпуск новостей будет в половине седьмого.

«Дыши глубже! Еще раз пройдись по всем пунктам плана».

Ему хотелось узнать, что с Надей. Посмотреть новости. Если там ничего нет, позвонить можно будет и потом, когда он отсюда уйдет.

Надо позавтракать, потому что день будет суматошный. Надо купить жевательную резинку, чтобы приклеить карту памяти. Еще раз проверить расписание поездов.

Он должен дождаться, когда придут снимки с деньгами, сумкой и тем типом. А потом — «Камера, мотор, начали».

Он посмотрел на экран.

Двадцать четыре минуты седьмого.

Когда не развлекаешься, время ползет еле-еле.

Будильник на айфоне разбудил Гриссела в семь.

Выключив его и прижав телефон к груди, он испытал благодарность за шесть часов непрерывного сна. А потом понял: значит, телефоны не подавали признаков жизни. Интересно, сработает ли его план?

Может быть, все телефоны по-прежнему выключены.

Вот ведь невезуха! Как только он начинает забивать себе голову техническими подробностями, оказывается, что все его познания бесполезны.

Он встал порывисто и неловко, пошел в туалет, поднял крышку, спустил пижаму, прицелился и помочился.

Подавил в себе желание позвонить Дейву Фидлеру.

Если бы появились новости, он бы уже все знал.

Он спустил воду, опустил крышку и вымыл руки. Надо скорее собираться и ехать к Фидлеру.

Выпуск новостей начался в 07:04.

«Пресс-секретарь полиции Западного Кейпа Уилсон Бала отрицает тот факт, что ЮАПС ведет следствие по делу о стрельбе, предположительно произошедшей вчера в торговом центре на набережной Виктории и Альфреда в Кейптауне. Его слова вступают в противоречие с жалобами родственников сотрудников охраны торгового центра и показаниями свидетелей о многочисленных машинах скорой помощи и большом количестве сотрудников правоохранительных органов в районе торгового центра. И руководство центра, и охранное агентство „Синий щит“ отказываются давать комментарии по данному вопросу. Предполагаемая стрельба сегодня даже привлекла внимание членов парламента…»

«Что за хрень?» — удивился Тейроне.

Потом он испытал огромное облегчение. Его не покажут по телевизору! Но почему?

Он досмотрел выпуск до конца, обдумывая возможные причины молчания. Он все время боялся услышать о перестрелке в больнице. Не услышал.

Но теперь он уже не знал, можно ли верить телевизору. Если копы отрицают, что ведут дело о стрельбе в торговом центре… О стрельбе, которую он видел собственными глазами!

Что происходит? Ему не сиделось на месте. Хотелось действовать, бежать. Пора убираться отсюда. Но нужно позвонить Наде.

А потом позавтракать, хотя его подташнивало.

07:27.

Когда зазвонил телефон, купленный Купидоном, Гриссел пил кофе и жевал тост с «Мармайтом».

— Алло, — ответил он, поспешно проглотив кусок.

— Корешок, один номер только что подал признаки жизни. Номер третий включился четыре минуты назад, с него позвонили на тот же номер, что и вчера вечером. Звонок продолжался тридцать семь секунд.

— Погодите… — Бенни быстро поставил кружку с недопитым кофе и побежал в спальню за курткой. Выхватил из кармана записную книжку, пролистал страницы, пока не нашел что искал. — Этот номер? — Он продиктовал его Фидлеру.

— Да, этот.

Надин номер. Тейроне снова ей звонил.

— Где тот номер сейчас? Где номер третий?

— Пропал из эфира, звонок был слишком коротким и мне не удалось его засечь, но его сделали в районе перекрестка Ватерканта и Луп-стрит плюс-минус пятьсот метров.

— Еду.

Он отключился и, идя к входной двери, начал обзванивать коллег.

Тейроне сидел на мраморной плите перед небоскребом Эттербери-Хаус на Лоуэр-Бург-стрит.

С Надей все хорошо. Относительно, конечно. Она злилась на него.

— Тейроне, немедленно приезжай ко мне и перестань валять дурака! Полицейские говорят, что тебе ничто не угрожает! Прошу тебя, братик!

— У меня все нормально, не волнуйся. Тебя охраняют?

— Ja, Тейроне, и все потому, что ты никак не хочешь успокоиться.

— Сестричка, все будет хорошо. — Он отключился и зашагал по улице.

Пора проверить, не пришли ли снимки. Он включил второй мобильник.

По пути к Фидлеру Гриссел позвонил Наде.

Да, подтвердила она, ее брат звонил, хотел узнать, как она себя чувствует.