И тут миссис Молфри заметила, что ее большие голубые глаза полны слез.

– Лиззи, дорогая! – сказала она. – Можно подумать, тебе принесли черные вести, а не блестящее предложение!

– Тереза! – укоризненно проговорила мисс Шарлотта, обеими руками обнимая сестру. – О чем ты говоришь? Неужели ты могла забыть бедного мистера Херона?

Миссис Молфри начисто позабыла о мистере Хероне. Челюсть у нее слегка отвисла, но она тут же спохватилась и взяла себя в руки.

– Ах да. Разумеется. Мистер Херон, – сказала она. – Все это очень огорчительно, но… Рул, ты же понимаешь! Я не хочу сказать, что мистер Херон – недостойный человек, но он всего лишь лейтенант, дорогая моя Лиззи, и, наверное, его скоро отправят обратно на эту ужасную войну в Америку – об этом не следует забывать, любовь моя!

– Да, – сдавленным голосом сказала Элизабет. – Об этом не следует забывать.

Горация окинула вторую сестру оценивающим взглядом своих темных глаз.

– Думаю, было бы очень хорошо, если бы замуж за Р-рула вышла Шарлотта, – провозгласила она.

– Хорри! – ахнула Шарлотта.

– Боже, дорогая моя, какие ужасные вещи ты говоришь! – с негодованием заметила миссис Молфри. – Рул хочет жениться только на Элизабет.

Горация яростно помотала головой.

– Нет. Ему нужна всего лишь Уинвуд, – своим привычным напряженным голосом сказала она. – Все было договорено много лет назад. Не верю, что за это время он встречал Лиззи более полудюжины раз. Это не имеет значения.

Мисс Шарлотта отпустила руку сестры и дрожащим голосом произнесла:

– Ничто – ничто на свете – не заставит меня выйти замуж за лорда Рула, даже если он сделает мне предложение! Одна только мысль о супружестве приводит меня в содрогание. Я уже давно решила, что стану поддержкой и опорой для мамы. – Она глубоко вздохнула. – А если какой-нибудь джентльмен все же сумеет убедить меня задуматься о замужестве, то уверяю тебя, моя дорогая Хорри, он будет совсем не похож на лорда Рула!

Миссис Молфри верно истолковала это заявление.

– А мне нравятся худые мужчины, – заявила она. – А Рул к тому же еще и безумно красив!

– Думаю, – упрямо продолжала Горация, – что мама могла бы предложить Шарлотту.

Элизабет повернулась к ней:

– Ты не понимаешь, дорогая Хорри. Мама ни за что не совершила бы столь нелепый поступок.

– Моя тетя выдает тебя замуж против твоей воли, Лиззи? – приятно заинтригованная, осведомилась миссис Молфри.

– О нет-нет! – искренне ответила Элизабет. – Ты же знаешь мамину мягкость. Она само понимание, само сочувствие! И лишь мое осознание своего долга перед семьей заставляет меня сделать… столь разрушительный для моего счастья шаг.

– З-закладные, – загадочно обронила Горация.

– Пелхэм, полагаю? – понимающе осведомилась миссис Молфри.

– Разумеется, это Пелхэм, – с ноткой горечи откликнулась мисс Шарлотта. – Это он во всем виноват. Нам грозит полное разорение.

– Бедный Пелхэм! – со вздохом сказала Элизабет, имея в виду своего отсутствующего брата. – Боюсь, он слишком экстравагантен.

– Насколько я понимаю, речь идет о его игорных долгах, – предположила миссис Молфри. – Похоже, моя тетя думает, что даже ваше приданое… – Она благоразумно не договорила.

Элизабет покраснела, но Горация сказала:

– Нельзя во всем винить одного Пела. Это у нас в крови. Одна из нас должна выйти замуж за Рула. Лиззи – старшая и самая красивая, но Шарлотта тоже сгодится. А Лиззи помолвлена с мистером Хероном.

– Не помолвлена, милая, – негромко ответила Элизабет. – Мы всего лишь… надеялись, что, если он получит капитанский чин, мама даст нам свое согласие.

– Даже если это действительно случится, – возразила миссис Молфри с большой толикой здравого смысла, – то разве можно сравнивать, я тебя спрашиваю, лейтенанта обычного пехотного полка с графом Рулом? Насколько я слышала, состояние у молодого человека ничтожное, и кто купит ему чин?

Горация бестрепетно ответила:

– Эдвард г-говорил мне, что если ему повезет принять участие в еще одном бою, то у него может появиться шанс.

Мисс Уинвуд содрогнулась и поднесла ладонь к щеке.

– Не надо, Хорри! – взмолилась она.

– Это не имеет значения, – провозгласила миссис Молфри. – Знаю, ты скажешь, что у меня нет сердца, моя дорогая Лиззи, но так не пойдет. Как, например, вы будете жить на жалованье молодого человека? Все это очень печально, но только подумай, какое положение ты займешь и какие драгоценности станешь носить!

Похоже, подобная перспектива вызвала у мисс Уинвуд явное отвращение, но она ничего не сказала. Общее мнение всех трех сестер выразила Горация.

– Вульгарная! – сказала она. – Вот ты какая, и сама об этом знаешь, Тереза.

Миссис Молфри залилась краской и принялась бесцельно оправлять свои жесткие юбки.

– Разумеется, я знаю, что для Лиззи это ничего не значит, но вы же не станете отрицать, что ей предлагают блестящую партию. А как к этому относится моя тетя?