Кай открыл рот, собираясь что-то возразить, но замолчал. Эскорт-дроидов проектировали для развлечений. Если Левана поймет, что они участвовали в свадебной церемонии, это станет страшным оскорблением.

Но...

– Им нельзя промыть мозги.

Прия на мгновение замолчала, а потом продолжила:

– Мы могли бы использовать их для видеозаписи всех церемоний на тот случай, если Ее Величество с гостями замыслят что-нибудь... неподобающее.

– Левана снова настояла на том, чтобы ничего не снимали?

Королева ненавидела, когда ее записывали на видео, и уже раньше требовала, чтобы на ежегодном балу, где она выступала в качестве почетной гостьи, не велись никакие съемки.

– Нет, Ваше Величество, королева понимает, что это важное мероприятие нужно транслировать по всему миру. Она не высказала никаких возражений на этот счет,

Он облегченно выдохнул.

– Однако благодаря андроидам мы будем располагать глазами повсюду.
– Прия пожала плечами.
– Надеюсь, что эта предосторожность окажется излишней, но тем не менее.

Кай повозился с манжетой рубашки. Бесспорно, идея хороша. Самые могущественные люди Земли будут присутствовать на этой церемонии, и Леване выпадала опасная возможность использовать свои чары. Обзавестись надежным персоналом, не поддающимся лунным чарам, - это неплохая подстраховка.

Но Левана ненавидела андроидов. Если она каким-то образом узнает об этой хитрости, то будет вне себя, а Каю хотелось избежать лишних конфликтов.

– Спасибо за отличное предложение, - сказал он.
– Когда потребуется окончательный ответ?

– К концу недели. Если мы хотим, чтобы заказ был выполнен в срок.

– Я сообщу вам.

– Спасибо, Ваше Величество. Я хотела сообщить вам еще одну приятную новость.

– Какую?

– Ее Величество отказывается снимать вуаль во время видеозаписи, поэтому в ходе коронации и свадебной церемонии королева будет под покрывалом.
– Подавшись вперед, Прия слегка похлопала Кая по руке.
– А это значит, что вам не придется целовать ее.

Он невольно расхохотался. С одной стороны, эта новость действительно была приятной, но с другой... Кай подумал о том, что в конце концов ему все же придется целовать Левану. От одной мысли об этом его чуть не стошнило.

– Спасибо, Ташми-цзе. Это и вправду не может не радовать.

Ее лицо смягчилось.

– Могу я говорить с вами открыто, Ваше Величество?

– Конечно же.

Прия сложила руки на коленях и переплела пальцы.

– Я не хочу переходить профессиональные границы, но дело в том, что у меня есть сын. Он всего на год старше вас.

Кай сглотнул, неожиданно почувствовав укол вины. Он никогда не задумывался о том, что делает эта женщина после того, как выходит за стены дворца. Ему даже в голову не приходило, что у нее может быть своя семья.

– И недавно я представила себе, каково бы ему было на вашем месте, - продолжила Прия, глядя на ветви плакучей ивы. Листья уже пожелтели, и при порывах ветра некоторые из них, кувыркаясь, отправлялись в пруд.
– Какой тяжелой ношей все это ложится на молодого человека, вынужденного принимать такую огромную ответственность, выносить судьбоносные решения.
– Она глубоко вздохнула, словно пожалев о своих словах еще до того, как произнесла их.
– И, как мать, я очень за вас волнуюсь.

Кай посмотрел ей в глаза, и его сердце ушло в пятки.

– Большое спасибо, - сказал он.
– Но вам не стоит волноваться. Я стараюсь делать все, что от меня зависит.

Она нежно улыбнулась.

– Конечно же, Баше Величество. Но за те двенадцать дней, что я планирую эту свадьбу, я заметила, что вы успели повзрослеть на годы. Мне больно думать о том, какой тяжелой станет ваша жизнь после свадьбы.

– Но у меня еще останется Торин. И кабинет министров, и наместники в провинциях... Я не одинок.

Говоря это, он чувствовал вкус лжи на губах.

Но он ведь и вправду не одинок. Или нет?.. Беспокойство железной лапой сдавило ему горло. Конечно же, он не одинок. С ним все его государство, и все люди во дворце, и...

Никого.

Никто не мог по-настоящему понять, чем он рисковал, на какие жертвы шел. Конечно, Торин был достаточно умен, чтобы осознавать это, но, в конце концов, по вечерам он возвращался в свой собственный дом. К тому же Кай не поставил его в известность, что они с Наинси разыскивают принцессу Селену. Он никогда не признался бы Торину, что еще надеется на то, что с Золой все в порядке. И он никогда не признался бы ни единой живой душе в том, что ужасно боится и ежеминутно переживает из-за того, что совершает страшную ошибку.