Шрифт:
– Зола что-то делает с госпожой Сибил... не знаю... Что-то с ее даром.
– Что ж, это сильно нервирует, к тому же у нас мало времени. Пойдем.
Один из подстреленных гвардейцев попытался схватить Кресс за лодыжку, но она пинком отбросила его руку и поспешила к Золе. Волк тряс ее, как куклу, но она не отвечала. Вопли Сибил перешли в отчаянные рыдания, и она снова забилась в судорогах.
– Может, Золу надо перезагрузить?
– спросил Торн, когда Кресс описала ему всю ситуацию.
– Как-то раз это уже приходилось делать. Вот.
– Он протянул руку к голове Золы, и Кресс услышала щелчок.
Зола распахнула глаза и схватила Торна за запястье. Вскрикнув, он упал на землю.
Сибил перестала рыдать и начала скулить.
– Не открывай. Мой. Пульт. Управления, - процедила она, выпустила Торна и закрыла заслонку на затылке.
– Тогда перестань изображать коматозницу!
– Он встал.
– Теперь-то мы можем убраться отсюда, пока не слетелись все военные Содружества?
Зола села и растерянно заморгала.
– Ико...
– Точно. Волк, забери, пожалуйста, андроида. И императора, он ведь еще валяется где-то здесь?
Император. Во всеобщем хаосе Зола о нем совершенно забыла.
– Сирены.
Кресс посмотрела на Волка. Тот склонил голову набок.
– Приближаются к нам.
– А это значит, что и военные не за горами, - сказала Зола.
– Я так понимаю, Ясина нигде нет?
Никто ей не ответил. Их пилот так и не появился с того самого момента, как началась схватка. Кресс облизнула губы. Неужели он их предал? Неужели рассказал Сибил об их плане?
– Проехали, - сказала она.
– Торн, ты со мной в пилотскую кабину. Мы с Ясином как-то раз тренировали взлет. Подскажешь мне, если понадобится.
Все вместе они поспешили на борт корабля, прихватив с собой Ико и Кая, который все еще был без сознания.
А потом они услышали смех. Громкий, визгливый. Золе будто насыпали льда за шиворот.
Сибил пыталась встать. Поднявшись на ноги, она сделала пару неуверенных шагов и рухнула на одно колено. Засмеявшись снова, она схватилась за голову, взъерошив свои длинные волосы.
Отодвинув Кресс в сторону, Волк длинными прыжками понесся через крышу. Подскочив к Сибил, он схватил ее за грудки и рывком приблизил к себе. У нее закатились глаза.
– Где она?
– зарычал он.
– Она еще жива?
Даже стоя на трапе, Кресс видела, как ненависть пламенеет в его глазах. Он сдерживался только потому, что хотел узнать правду. Получить хотя бы проблеск надежды на то, что Скарлет еще жива. Что у него есть шанс спасти ее.
Но Сибил безвольно уронила голову набок.
– Какие... какие милые птички!
– прошелестела она и зашлась в приступе истерического смеха.
Волк взревел, обнажив острые клыки. Его затрясло, и на мгновение Кресс показалось, что он разорвет ведьму на кусочки. Но он швырнул Сибил на землю. Она упала, как куль с зерном, заскулила от болезненного удара и перевернулась на спину. Уставившись в небо, она засмеялась. Солнце стало садиться, но с другой стороны, высоко над горизонтом, уже показалась полная луна.
Отвернувшись от нее, Волк прошел к трапу. Он не посмотрел Кресс в глаза, когда проходил мимо.
Кресс пораженно смотрела на Сибил, которая, продолжая лежать на асфальте, протягивала руки к небу и задыхалась от истерического смеха.
Трап начал закрываться, скрывая от ее глаз Сибил и окровавленных, израненных гвардейцев, разбросанных по крыше. Рев двигателей вскоре заглушил звуки смеха и вой приближавшихся сирен.
Глава 56
Всем окружающим при взгляде на Левану должно было показаться, что она хранит олимпийское спокойствие. Королева сидела на диване в своих покоях, все в том же красном платье и золотой вуали, ниспадавшей до локтей, идеально держа спину, изящно сложив руки на коленях.
Но на самом деле ее ладони были сжаты в гневные кулаки.
В каждом лежало по обручальному кольцу. Первое она носила много лет после того, как поверила, что оно принесет ей счастье и любовь. Но оно принесло только боль и разочарование.
Другое должно было принести ей не любовь слепого, жестокого мужа, а обожание целой планеты. К этому времени она должна была уже надеть его.
Поначалу все шло как по маслу. От брачных клятв ее отделяли какие-то жалкие минуты. Всего лишь мгновения.
Она должна была выйти замуж. Пройти церемонию, которая сделает ее императрицей.
Когда она узнает, кто повинен в этой задержке, она будет терзать их никчемное сознание до тех пор, пока они не превратятся в жалких слюнявых идиотов, боящихся вида собственных рук.
Ее отвлек стук в дверь. Левана повернула голову.
– Входите.
Сначала показался один из ее гвардейцев, а потом вошел Кон Торин, надоедливый советник молодого императора. Она злобно уставилась на него сквозь золотую вуаль, хотя он не мог этого видеть.