Из коридора вдруг распахнулась дверь, и в комнату вошла Настя Закревская.

— Ой, девочки, — закричала она, хотя никаких девочек тут не было, — чайник кипит и заливает пол. Ой, девочки, полчайника убежало на пол.

И она схватила чайник за ручку.

Все в школе стали замечать, что с Настей творится что-то неладное. Она всегда была самой примерной ученицей, а тут начала опаздывать на уроки. Она была всегда и во всём самая аккуратная, а тут приходит в школу растрёпанной и только на переменке причёсывается. А однажды на большой переменке она успела куда-то сбегать и принести в школу полную сумку чего-то и положила в парту вместе с книгами. Это было дня четыре спустя после того, как Серж с белобрысым Мишкой перегородили шнуром вход в дом, где жил старый высокий человек. В один из этих дней, утром, Серж попросил у отца пять рублей. Отец собирался идти на работу и торопливо просматривал какие-то бумаги и складывал их в портфель.

— Зачем тебе пять рублей? — буркнул под нос отец, занятый своими делами.

— Надо.

— Не надо тебе так много.

— Ай, надо! — закричал Серж таким пронзительным и писклявым голосом, что отец заткнул руками уши, потом выхватил из кармана пять рублей и бросил Сержу, а сам вновь углубился в бумаги.

Вдохновлённый успехом, Серж продолжал:

— Я сегодня хочу поехать в школу на машине.

— Не дури, пойдёшь пешком, как все дети, — буркнул под нос отец.

— Ай! На машине! — завопил Серж ещё громче и с радостью увидел, что отец снова заткнул уши.

— Ай, хочу на машине! — заверещал он во второй раз и ещё больше обрадовался, увидев, как отец подхватился со своего места и выбежал в другую комнату, где ждал шофёр, чтобы везти отца Сержа на работу.

— Отвезите его в школу, он мне жить не даёт, этот чертёнок, — сказал отец шофёру и побежал к своим бумагам.

Подмигнув куда-то в тёмный угол коридора, Серж пошёл садиться в машину.

С величественным видом он подкатил к школе и вылез из машины. Он просто млел от счастья, видя, как обступили машину его одноклассники. Как делают большие начальники (он это несколько раз видел), он махнул шофёру рукой, хотя тот и без его разрешения уже разворачивал машину.

До уроков оставалось ещё минут десять. Серж отправился в буфет и потребовал у буфетчицы яблок, конфет и пряников на все пять рублей.

— Зачем тебе так много? — сказала буфетчица, выбирая из корзины яблоки.

— Сколько хочу, столько и покупаю! — воскликнул Серж, орлиным взором окидывая и буфетчицу, и ребят.

— Чего ты кричишь? — отозвалась обиженная буфетчица. — Я старая женщина. Ишь какой герой нашёлся. От горшка два вершка, а командует.

— Если захочу, могу весь твой буфет купить одним махом! — крикнул Серж, набивая карманы лакомствами.

В таких случаях всегда отыщется какой-нибудь подхалим, самый настоящий подлиза. Подлетел белобрысый Мишка, и половина купленных Сержем конфет перекочевала в его карман. По дороге в класс Серж увидел Настю. С каким высокомерием он посмотрел на неё, на эту какую-то там Настеньку, которая почти ничего не покупает в буфете, а обычно приносит с собой из дома хлеб и колбасу или что-нибудь подобное.

Раздался звонок, и Серж гордо вошёл в класс, с улыбкой поглядывая на всех. Сержу уже казалось, что он многое сделал, чтобы восстановить потерянное в последние дни, чтобы на него вновь стали глядеть, как на самого знаменитого героя, который никого и ничего не боится. У него стало спокойней на душе, но тем большая злость на Настю терзала его. Ей же он ничего не сделал, чтобы она ощутила его силу и превосходство. Она до сих пор, наверное, думает, что он ничего не стоит: что в арифметике он очень слаб, что к нему пристал ярлык, который повесила на него учительница словом «хулиган», что никакой он не герой, что он совсем не исключительная личность и что он остался такой же никчемностью, какой был тогда, когда старик тряс его за плечо на улице. Так прошли первые уроки.

Серж заметил, что Настя на большой перемене что-то положила в парту. Когда она вышла из класса, он развязал мешочек, который положила в парту Настя. Он увидел, что мешочек полон гороху. Серж мешочек не завязал, а поставил его так, чтобы горох не высыпался, и к мешочку привязал нитку, а конец её протянул к парте белобрысого Мишки (сам он сидел на первой парте — любую его шалость легко заметить учительнице). Когда начался урок, Мишка потянул за нитку, и весь горох разлетелся по классу.

— Что такое? — воскликнула учительница.

— Это Настя Закревская мешками горох в класс носит! — крикнул Серж.

— Настя, зачем ты горох в класс носишь? — спросила учительница.

— Это я купила, чтобы суп сварить.

— Тебе мама велела купить?

— Я сама. Моя мама живёт в Москве.

— И всегда ты сама покупаешь?

— Нет, раньше дедушка всё покупал, а теперь он лежит больной. Мне надо и купить, и суп сварить, и в аптеку сходить, и за ним присмотреть. А как я после уроков пойду покупать, если мне сразу надо домой бежать — вдруг ему, больному, что-нибудь нужно, — он же и так сколько времени, пока я в школе, один-одинёшенек лежит.

— А больше у тебя никого нет здесь?

— Никого нету.

Разговор с учительницей окончился, но на переменке Настю окружили ребята и забросали вопросами:

— А почему твоя мама живёт не с вами, а в Москве?

— Она там доучивается.

— Как это доучивается?

— Потому что она училась дома, сама, в заочном институте, а теперь на всю осень и на начало зимы поехала сдавать последние экзамены и писать работу. А когда она закончит учёбу, приедет к нам, и мы или будем жить тут, или поедем с мамой туда, куда её пошлют.